Плешаков И.Н. Из книги «Гусарские были».

СОДЕРЖАНИЕ{nl}От автора 3{nl}Они были первыми 4{nl}Год рождения — 1764-й 13{nl}Военные постояльцы XVIII столетия 21{nl}Под скипетром императора Павла I 26{nl}«Всё богатство Индии будет вам… наградою… » 32{nl}В эпоху наполеоновских войн 46{nl}Гардкоуты — стражи Волги 53{nl}Гусарская быль 64{nl}Век продолжается 102{nl}От школы солдатских детей до кадетского корпуса 128{nl}Из истории Вольского кадетского корпуса 148{nl}Рекрут из Ореховки 158{nl}«…Известный своим либерализмом полковник Деникин…» 162{nl}Последние годы 171{nl}Краткая библиография 188{nl}{nl}[ … ] Они были первыми{nl}{nl}Земли Саратовского Поволжья были присоединены к Русскому государству в середине XVI в. Основанные в конце столетия города Царицын (1589 г.) и Саратов (1590 г.) являлись опорными пунктами на волжском транспортном пути, причём, основными противниками правительства в регионе выступали «воровские» казаки. Территория края представляла собой «дикое поле», «саратовскую степь», почти полностью лишённую осёдлого населения. Заволжье же и вовсе находилось целиком во власти сначала ногайцев, а с середины XVII в. калмыков. Первые годы существования Саратова и Царицына, этих передовых форпостов русского владычества в ре-гионе, отнюдь не предвещали для них блестящей будущности. На рубеже XVI – XVII вв. им приходилось отстаивать право на существование в неравной борьбе с голодом, болезнями, набе-гами кочевников и понизовой вольницы. [ … ] Секретарь шведского посольства Э. Кемпфер, проезжавший по Волге в 1683 г., описывал свой путь от Самары до Астрахани как путешествие по вражеской территории. Местные гарнизоны вели непрерывную борьбу на два фронта против казаков и перекочевавших в Нижнее Поволжье в 30 е гг. калмыков, совершавших постоянные набеги на торговые караваны и приволжские селения. В 1692 – 1697 гг. в Дмитриевске был по-селён специально сформированный солдатский полк, в состав которого была включена тысяча семей из Казанского края. В 1683 г. ряды служилых людей пополнились приверженцами «ста-рой» веры, а в 1699 1700 гг. стрельцами, сосланными после попытки восстания против государя Петра Алексеевича.{nl}[ … ] В период правления Петра I Саратовский край привлекает особое внимание правитель-ства. В 1695 г. регион посетил государь, проследовавший по Волге вместе с военным отрядом в Азовский поход. В этот период Саратов продолжал оставаться заурядным военным пунктом с небольшим гарнизоном. «Жители там все русские и почти все солдаты», писал посетивший го-род в 1707 г. К. Де Брюин. По данным на 1704 г., здесь числилось 400 пеших и 200 конных стрельцов, 17 пушкарей, 44 служащих дворян и иноземцев: всего – 661 чел. Почти половина во-енных чинов 300 чел., находились в «Свейском походе». Когда в 1705 г. правительство изы-скивало резервы для подавления Астраханского восстания, выяснилось, что в крепости «служи-лых людей и пушек и пороху самое малое число, а свинцу нет». В начале октября в низовья Вол-ги мимо города проследовала карательная экспедиция фельдмаршала Б. П. Шереметева. Полки его корпуса зазимовали в городах Саратове, Дмитриевске и Царицыне. [ … ] О необходимости сооружения укреплённой линии русское правительство задумалось ещё в 1682 г., когда проект-ными изысканиями в Царицыне занимался дворянин И. Бакунин. В 1694 г. их продолжил Б. И. Куракин – в будущем известный сподвижник Петра Великого, выдающийся дипломат и историк. Но в конце XVII столетия намерение правительства так и не было реализовано. После кубанского погрома количество военных сил в районе Царицына значительно возрастает. Уже в конце 1717 г. здесь были размещены драгунские полки бригадира (позднее генерал майора) Г. С. Кропотова владельца земель в округе г. Петровска. С 1718 г. между Пензой и Саратовом стояли два драгунских полка. С начала 20 х гг. в донских городках в непосредственной близости от Саратовской и Царицынской округи по рекам Хопёр, Бузулук, Медведица, Иловля и Дон на-ходились три сменявшихся драгунских полка Украинского корпуса. Одновременно под руково-дством Г. С. Кропотова в рекордно короткие сроки в течение 1718 1722 гг. здесь было осуще-ствлено сооружение Царицынской укреплённой линии. Для своего времени она стала одним из крупнейших фортификационных сооружений в Европе, протянувшись от Волги к Дону на рас-стояние порядка 63 км. Линия состояла из глубокого рва и земляного вала высотой до 12 метров, на гребне которого был сооружён деревянный частокол. На линии располагались 3 «крепостцы», редут и 23 форпоста. [ … ]{nl}20-е гг. XVIII столетия привлекают к себе особое внимание в связи с ещё одним немаловаж-ным фактом, имеющим непосредственное отношение к рассматриваемой теме. В 1719 г. астра-ханский губернатор А. П. Волынский в доложил Сенату, что во вверенном ему регионе «надобно иметь несколько полков и полевых пехотных, также конных … И притом человек тысячу и нерегулярных». Откликаясь на пожелание Волынского 18 января 1720 г. Пётр I предписал по-стоянно иметь в Астраханской губернии 4 пехотных гарнизонных полка, получивших названия Смоленского, Козловского, Селиванова и Терского. Позднее к ним прибавился ещё один драгун-ский полк. 11 ноября 1727 г. Верховный тайный совет по докладу Военной коллегии постановил переименовать астраханские полки, основываясь на местных топографических ориентирах. В результате этой акции полки были названы, соответственно: Симбирским, Самарским и Цари-цынским. Терский полк сохранил прежнее имя, а Драгунский полк стал называться Астраханским драгунским. В соответствии с утверждённым Воинской комиссией в 1731 г. штатом, военные от-ряды из состава этих полков должны были командироваться на Яик и Ахтубу, а также «в Царицын с линиею и Качалиным из Астраханских пехотных 5 рот, да драгун 2 роты, да в 10 редутах или шанцах из пехоты обер офицер с 2 ротами. В Дмитриевск на Камышенке … Капи-тан с 2 ротами». [ … ] В 1732 г. в Волжское казачье войско назначили атамана и прислали вой-сковые регалии. 1734 г. войску была дана грамота, в соответствии с которой всем записавшимся в его состав предписывалось служить «при Саратове и в Астрахани, также и в других местах, … где по Волге нужда востребует, … и писаться им по службе волгскими казаками». Отряды от войска находились при действующей армии, занимали форпосты от Дмитриевска до Чёрного Яра, охраняли соляные промыслы на озере Эльтон, осуществляли почтовую гоньбу, придавались в помощь межевым и таможенным чиновникам, командировались в соседние регионы для ис-требления разбойников. Новое войско достойно зарекомендовало себя и уже в 1738 г. казакам «за верные их службы» были пожалованы 2 медные двухфунтовые 18 чугунных пушек, а в 1762 г. 14 знамён с надписью «никого не устрашаюсь». Первый атаман войска М. Н. Персидский не раз получал «монаршие награды».{nl}Особое место среди воинских формирований Нижнего Поволжья занимают городовые каза-чьи команды наследники «ружников» и конных стрельцов XVII в. Именно на их имя 13 марта 1701 г. Петр I выдал знаменитую «Жалованную грамоту» на земли города Саратова. Ещё в конце XIX в. среди местных казаков бытовало предание о том, что их предками являлись восставшие московские стрельцы. При этом им даже приписывалось основание города. Характерно, что и свою историю казаки отсчитывали от даты знаменитого восстания 1698 г. В течение первой по-ловины XVIII столетия за конными стрельцами постепенно закрепилось название казаков. В ко-манды принимались вольные люди всех сословий. [ … ]{nl}Отправлявшиеся в Саратовское Поволжье армейские подразделения боролись с разбойника-ми, помогали властям проводить рекрутские наборы и осуществлять переписи населения. В се-редине 50 х гг. в Саратове размещались военнослужащие Владимирского драгунского полка под началом майора Жукова. В те же годы в с. Золотом квартировала «розыскная команда» Астра-ханского гарнизонного драгунского полка. В 30 – 50 е гг. XVIII в. В Саратове, Царицыне и Дмитриевске постоянно находились роты, командированные из полков Астраханского гарнизона. В Саратове квартировала рота Симбирского полка. Многочисленные служебные командировки отвлекали большую часть военнослужащих. Любопытный факт: когда летом 1755 г. встал вопрос о наказании шпицрутенами [ … ] По указу Военной коллегии от 26 февраля 1757 г. Саратовскую роту, «за крайним в Астрахани в людях недостатке», предполагалось отозвать. В случае необходимости местному руководству оставалось довольствоваться воинскими подразделения-ми от временно квартирующих частей, а также местной казачьей команды. В ней, по данным на 9 февраля 1760 г., состояло 193 чел., однако «налицо» имелось лишь 47 казаков, 10 числились больными, а остальные были поровну разделены между Низовой соляной конторой и чиновни-ками, состоявшими «при калмыцких делах». [ … ] {nl}{nl}Год рождения 1764{nl}{nl}К началу правления императрицы Екатерины II относится ряд преобразований, редко отме-чаемых в работах по истории вооружённых сил, имевших, однако, непосредственное отношение к появлению в Саратовском Поволжье постоянных гарнизонов. Одним из первых шагов, при-званных решить проблему, стало учреждение 10 октября 1762 г. губернских рот, в задачу кото-рых входило сопровождение и охрана различных казённых грузов и имущества, «искоренение воров и разбойников». Их численность определялась утверждёнными 15 декабря следующего года новыми штатами губернских учреждений. [ … ] Вслед за ними преобразованию подверглись и собственно военные части. В начале 1764 г. в русской армии было 55, так называемых «остзейских», расположенных в западных районах империи, и внутренних гарнизонных полков, в числе которых 7 были драгунскими. [ … ] 19 апреля 1764 г. Екатерина утвердила представлен-ный ей доклад Воинской комиссии, в котором указывалось на отсутствие «точного и основа-тельного … положения» о гарнизонах и их «худое положение». С годами возникла путаница, ко-гда многие полки, числясь в одной крепости или городе, находились в других, а потому «в иных крепостях состоит число гарнизонных полков излишнее, а в иных недовольное: следовательно, в одних люди несут излишнюю тягость, а в других употребляется на них только напрасное и бес-плодное содержание». В то же время, в некоторых местах, «где б для земского управления, как то: для препровождения казны, амуниции, колодников, сыску воров и прочего, и надлежало гарнизонам быть, но ничего не расположено». [ … ] Новое положение точно устанавливало слу-жебные обязанности гарнизонных батальонов: [ … ] Важное положение содержал 11 пункт док-лада Воинской комиссии. В соответствии с ним предписывалось исключать из каждой роты по 6 рядовых, «а на вакансии оных содержаться имеют школьники из солдатских детей, которые под присмотром комендантским будут обучаться грамоте и арифметике и музыке и в надлежащем присмотре содержаны будут, дабы чрез то к службе Вашему Императорскому Величеству годны быть могли». [ … ] В соответствии с утверждённым 19 апреля 1764 г. «Генеральным наставле-нием» гарнизонные батальоны «на внутреннем окладе» со штатом в 775 военнослужащих учре-ждались в Саратове и Царицыне. На формирование первого выделялся батальон из Симбирского гарнизонного полка. Царицынский батальон был создан на основе батальона Самарского гарни-зонного полка. Тогда же был решён вопрос о воинских командах в других городах Астраханской губернии. Из состава Саратовского и Царицынского батальонов, соответственно, в Дмитриевск и Енотаевскую крепость на Волге должны были командироваться строевые роты. В Чёрный Яр отправлялась рота из Астраханского гарнизона.{nl}19 апреля 1764 г. для гарнизонных батальонов были утверждены новые знамёна: «зелёные с наугольниками чёрными» и гербами тех городов, в которых они располагались. За эталон взяли недавно утверждённые образцы знамён пехотных полков. 27 июля того же года императрица ут-вердила новое положение о генеральских и офицерских мундирах. [ … ] В Царицыне батальон формировал комендант полковник Астраханского гарнизонного драгунского полка Василий Чистяков, а после его отставки «за старостию и слабостию здоровья» в мае 1765 г. новый ко-мендант полковник Иван де Боксберг. Саратовский батальон был передан в ведение коменданта полковника Томаса Андреевича Юнгера – сына Дербентского и Астраханского коменданта, од-ного из «петровских полковников», сформировавшего в 1700 г. полк своего имени, позже на-званный Владимирским пехотным.{nl}Первым командиром Саратовского гарнизонного батальона стал 47 летний премьер майор Владимир Бессонов, направленный в город из состава астраханского гарнизона. Бессонов проис-ходил из бедных дворян Владимирской губернии, [ … ] Формирование гарнизонных батальонов в Саратове и Царицыне происходило за счёт нижних чинов и командного состава других воин-ских подразделений, рекрутов и солдатских детей. Так, весной 1765 г. в их состав были зачисле-ны трое офицеров, служивших прежде в упразднённых «морских полках». 31 мая того же года Военная коллегия повелела передать в Астраханский гарнизонный драгунский полк «для уком-плектования оного вместо малорослых и неспособных к ковалерийской службе из астраханских, царицынского и саратовского батальонов рядовых и других нижних чинов». Тогда же астрахан-ский обер комендант генерал майор К. фон Розенберг доложил Военной коллегии о большом некомплекте в формирующихся саратовском и царицынском батальонах, достигавшем, в общей сложности, 616 человек, т. е. почти половины их штатной численности. [ … ] Уже в том же 1765 г. служащие Царицынского гарнизонного батальона были привлечены к первым серьёзным служебным заданиям. По распоряжению Н. А. Бекетова они участвовали в удержании калмыков Дербетевского улуса от самовольного перехода с правого берега Волги на левый, где они долж-ны были находиться по воле императрицы. [ … ] Преследовать их довелось в том числе и воен-нослужащим Царицынского батальона. В 1771 г. специально для обслуживания линии в городе был сформирован второй гарнизонный батальон. Кроме этого, служащие обоих царицынских батальонов получили повышенное содержание по «пограничному» окладу. Формирование 2 го гарнизонного батальона в Царицыне происходило на основе личного состава упразднённых дра-гунских полков. [ … ]{nl}В 1767 г. в ведение открытой в Саратове Конторы опекунства иностранных были переданы две роты 1 го Артиллерийского фузёлёрного полка, команды донских и волжских казаков. Они защищали колонистов от набегов степняков и помогали чиновникам конторы в исполнении их обязанностей. [ … ]{nl}Летом 1774 г. гарнизоны региона ждало тяжёлое испытание. С севера к территории края стремительно приближались отряды под предводительством Емельяна Пугачёва. Саратов встре-тил самозванца в полном несогласии начальствующих лиц. Комендант города полковник И. К. Бошняк желал защищать город на рубеже его оборонительных сооружений, для чего распоря-дился начать восстановление рва и вала. Независимые от власти коменданта руководители Ни-зовой соляной конторы и Конторы опекунства иностранных настаивали на обороне только не-большого участка около Волги, где располагались относившиеся к их ведению склады и казармы. Их поддерживали несколько подчинённых И. К. Бошняку офицеров и находившийся в Саратове по «секретной комиссии» гвардейский поручик Г. Р. Державин – будущий знаменитый поэт и сановник. 6 августа пугачёвцы с нескольких сторон атаковали город. Сначала саратовские, донские и волжские казаки, а потом военнослужащие 1 го артиллерийского фузелёрного полка и гарнизонного батальона во главе с командиров А. М. Салмановым перешли на сторону повстан-цев. Комендант И. К. Бошняк с несколькими подчинёнными и знамёнами батальона пробился к Волге и на судах достиг Царицына. [ … ]{nl}Пугачёв со своим войском двинулся на юг, взяв без сопротивления Дмитриевск. Южнее с. Пролейка бунтовщики разгромили отряд секунд майора А. Т. фон Дитца. Попытка приступа Ца-рицына не удалась. 25 августа южнее города отряд полковника И. И. Михельсона в битве раз-громил. Вождь повстанцев скрылся в Заволжье, где вскоре был схвачен и выдан правительст-венным войскам своими сподвижниками близ нынешнего посёлка Александров Гай. На заклю-чительном этапе действиями боровшихся с повстанцами отрядов руководил генерал поручик А. В. Суворов. Следуя через Саратов и Царицын, он вслед за Пугачёвым переправился через Волгу и после его пленения лично конвоировал самозванца. [ … ]{nl}{nl}Военные постояльцы XVIII столетия{nl}{nl}В течение первой половины XVIII в. воинские части редко оставались в регионе на длитель-ное время. Исключение составлял лишь район близ Царицынской укреплённой линии, где по-стоянно несли службу различные значительные военные контингенты. Накануне и во время со-бытий Пугачёвского бунта несколько селений волжских казаков и заволжских колоний поверг-лись нападениям киргиз кайсаков (казахов). Для защиты их жителей и борьбы с разбойными от-рядами правительство поручило генерал поручику А. В. Суворову выбрать летние лагеря для находящихся в Нижнем Поволжье полков, с тем расчётом, чтобы они могли способствовать умиротворению края после пугачёвского бунта и использоваться «к закрытию и предохранению понадёжнее саратовских колоний … от вторжения нападения киргизов». [ … ] Правда, утвер-ждение Н. А. Полевого, некритически воспринятое и повторенное А. Ф. Леопольдовым, что по-рядок в регионе поддерживало «80000 войска», не соответствует действительности. Даже в это грозное время основная масса регулярных частей русской армии оставалась сосредоточенной на южной и западной границах.{nl}В 1775 г. в Саратовском крае находились Луганский пикинерный, Бахмутский гусарский, Архангелогородский карабинерный и два батальона Ладожского пехотного полка. Последние задержались здесь на два года. Большая часть личного состава полков, прибывших в Саратов с августа 1774 и до конца 1775 г., находились в селениях по обоим берегам Волги.{nl}Весной 1776 г. в нескольких заволжских колоний разместили военнослужащих Санкт-Петербургского драгунского полка. [ … ] По ордеру астраханского губернатора два эскадрона были оставлены «для защищения колоней … около Золотовской волости и к городу Дмитриев-ску» от «киргизского нападения или других каких злодейских нашествий» под командою се-кунд майора Ф. И. Кишенского. Эскадроны, по приказу Саратовской конторы опекунства ино-странных поселенцев, расположились в с. Нижней Добринке и «по Дмитриевским хуторам». Помимо охраны колоний, Кишенский занялся поимкой «беспашпортных и приличившихся в смертном убивстве».{nl}Золотовскую волость эти эскадроны покинули к апрелю 1778 г. Главный начальник влади-мирцев генерал майор С. И. Кулебякин из-за болезни задержался в с. Золотом и на новое место службы восемь эскадронов полка повёл полковник барон В. В. Шульц. В Царицыне к нему при-соединились калмыки, волжские казаки и команда следовавшего из Новохопёрской крепости Хопёрского казачьего полка.{nl}17 января 1777 г. саратовцы проводили на Дон военнослужащих ставшего уже почти родным Ладожского пехотного полка. В конце февраля 1778 г. подчинявшаяся конторе опекунства дон-ская команда в полном составе выступила в Черкасск. Ещё в декабре 1777 г. контора обратилась к астраханскому губернатору И. В. Якоби с просьбой прислать другую конную команду, так как ей «без оной никоим образом обойтиться неможно». В прошении указывалось, что теперь кон-тора остаётся «только со одною артиллерийскою, и то весьма в недостаточном комплекте людей числе состоящей, которой, как в содержании многих караулов, так и в колониях при магазейнах и в разсылке к камиссарам никоим образом и справиться не можно». [ … ] Летом 1778 г. в лагерь под Саратовом прибыл Санкт Петербургский драгунский полк под командованием полковника П. А. Исленьева. Эскадроны полка ещё с весны 1776 г. располагалась на прикрытии заволжских колоний и Эльтонского соляного промысла. [ … ] 8 ноября 1778 г. по приказанию вышестоящих властей фузелёрная команда Конторы опекунства выступила в Киев. С уходом фузелёров Кон-тора опекунства иностранных поселенцев лишилась воинского контингента.{nl}В мае 1780 г. расположенную в Поволжье Казанскую дивизию принял от знаменитого поко-рителя Крыма генерал аншефа князя В. М. Долгорукова тогда ещё не великий, но уже прослав-ленный генерал поручик А. В. Суворов. [ … ] На постах по р. Б. Иргиз с центром в с. Красный Яр (позднее в с. Балаково) находились приданные дивизии казаки. По сведениям на 15 апреля, налицо в распоряжении сотника Селивановича состояло 287 чел. В 1780 г. «пятисотную коман-ду» из состава Черниговского легкоконного и Стародубовского казачьего малороссийского полка возглавлял старшина и куренной атаман Зарецкий. В октябре того же года он с фурьером и 12 казаками прибыл в штаб А. В. Суворова в Астрахань. Намеченная экспедиция не состоялась и в январе 1784 г. А. В. Суворов с четырьмя пехотными полками своей дивизии выступил на Кавказ.{nl}18 января 1780 г. «с новой линии» на Кавказе в Саратов прибыл Астраханский драгунский полк. [ … ] На Моздокской линии астраханцы сменяли своих коллег из Владимирского драгун-ского полка. В октябре 1781 г. два его эскадрона во главе с полковником прибыли в Саратов, где задержались почти на пять лет. К полку они выступили лишь 4 июля 1786 г. В марте того же го-да для занятия военных постов против киргиз кайсаков прибыли подразделения Каргопольского карабинерного полка.{nl}[ … ] Последней в XVIII столетии частью, квартировавшей в Саратовской губ., стал Ростов-ский карабинерный полк, находившийся в регионе в 1792 – 1794 гг. [ … ]{nl}{nl}В эпоху императора Павла{nl}{nl}[ … ] Уже 26 ноября 1796 г. император сравнял жалованье, служащих в них воинских чинов с их коллегами в полевой армии. 9 января 1797 г. Павел именным указом Военной коллегии пове-лел «гарнизонные батальоны, … содержа по их штатам, именовать гарнизонными полками, по званиям их командиров». Саратовский полк получил имя полковника (с середины го-да генерал майора) В. В. фон Гартонга, а Царицынский, в составе двух батальонов, гене-рал майора (с 4 августа 1798 г. генерал лейтенанта) И. А. фон Цеддельмана. Указ 8 апреля 1798 г. предписывал называть по именам командиров также батальоны и роты. [ … ]{nl}Царицынский полк генерал лейтенанта И. А. фон Цеддельмана состоял из 2 батальонов с двумя инвалидными ротами. Батальоны имели сокращенный штат и находились на «внутреннем содержании» всего 1494 военнослужащих. [ … ] В царствование императора Павла вся русская армия, кроме инженерных команд и гвардии, распределялась по инспекциям территориальным округам. В конце 1798 начале 1799 г. саратовское Правобережье относилось к Московской, За-волжье к Оренбургской, а небольшой район вокруг Царицынской крепости по обоим берегам Волги к Кавказской инспекции. Некоторое время Саратовский полк находился в составе Орен-бургской инспекции.{nl}[ … ] В январе 1797 г., по личному поручению государя, в крепость заволжскую Узень, рас-полагавшуюся близ одноимённой реки, приезжал сенатор П. С. Рунич. Здесь он нашёл «комен-данта и 69 человек солдат гарнизонных, артиллерийских, инженерных и 11 чугунных пушек на изломанных лафетах; деревянную, почти развалившуюся церковь, комендантский дом о пяти комнатах, с избою и всякого сорта избушек до 30. А крепость и все её укрепления занесённые снегом так, что едва мог пробраться через мост рва и в крепостные ворота». 19 июня город, в числе нескольких десятков других «недействительных» городов, был упразднён. Все находив-шиеся там воинские чины отзывались к своим частям.{nl}[ … ] Докладывавший государю письмо В. С. Ланского генерал прокурор Сената князь А. Б. Куракин получил ответ, что «с сею крепостью долженствует быть поступлено по последо-вавшему об ней повелению». В те же дни к А. Б. Куракину для последующего представления императору о «невозможности уничтожить Узенскую крепость» писал и астраханский губерна-тор Н. Я. Аршеневский. На высочайшее рассмотрение он посылал план местности, на которой располагался город, предлагая кроме Узеней выстроить с целью защиты Оренбургской дороги ещё одно укрепление. [ … ] В июне 1800 г., по требованию командира Саратовского гарнизон-ного батальона полковника А. В. фон Гартонга – младшего брата бывшего коменданта города, два артиллерийских орудия, много лет охранявших покой жителей колонии Екатериненштадт, были доставлены в Саратов, откуда направлены в Царицынскую артиллерийскую команду.{nl}[ … ] Саратовский и Царицынский гарнизонные полки также имели темно-зеленые мундиры без воротника и петлиц с красной подкладкой и желтыми пуговицами. Офицерские шляпы были обшиты узким золотым галуном. Военнослужащие Саратовского полка носили погоны, обшлага и лацканы «палевого» цвета, а гренадерские шапки «задники и околышек красные с жёлтою вы-пушкою». Воротник у мундиров отсутствовал. В Царицынском полку у мундиров не было и лацканов, а обшлага имели жёлтый цвет. Галстуки нижних чинов в обоих полках были красными, а у офицеров белыми.{nl}14 августа 1798 г. и 12 мая 1799 г. Саратовскому и Царицынскому полкам были отправлены новые ротные знамёна. [ … ] 14 октября 1796 г. император Павел приказал перевести в города пехотные полки, а в июле следующего 1797 г. разрешил занимать постоем все дома, в том числе принадлежащие духовенству. В Саратове проблема «уравнения в постоях» обсуждалась уже в 1796 г. В следующем году в думе был поднят и вопрос о строительстве казарм. Губернаторы и городские власти спешно принялись воплощать в жизнь высочайшую волю. От общего движения не остался в стороне и Саратов. Сначала комендант полковник В. В. фон Гартонг, а потом его преемник В. Ф. фон Кабрит попытались упорядочить постой в городе. [ … ] В середине 1797 г. многолетний комендант Саратова полковник В. В. фон Гартонг был произведен в генерал-майоры. Но уже 24 сентября 1797 г. «всевысочайший» указ императора Павла положил конец его карьере. «За оплошность» он был уволен от занимаемой должности и «тем же чином» отправлен в отставку. Сменивший его полковник В. Ф. фон Кабрит, знакомый императору по совместному участию в Шведской войне, 5 октября 1798 г. был произведён в генерал майоры, получил от монарха 2000 руб. и шпагу для зачисленного на службу сына Кабрита Павла. Вскоре император пожаловал коменданту свой любимый орден Анны 2 й ст. Но 4 марта 1800 г. В. Ф. фон Кабрит с чином генерал лейтенанта и правом ношения мундира неожиданно был от-правлен в отставку.{nl}[ … ] И. А. фон Цеддельман 8 января 1799 г., вместе с командиром гарнизонного полка пол-ковником И. П. Наттером «по делу капитана Абруцкова», был отставлен от службы с чином ге-нерал лейтенанта. 9 марта того же года в должность вступил генерал майор Ф. А. Кобле – английский дворянин протестант, бывший адъютант будущего генерал фельдмаршалла М. И. Голенищева Кутузова. Ровно через полгода 8 июня 1799 г. Ф. А. Кобле отправляется в от-ставку, а на его место был назначен произведённый в генерал майоры 33 хлетний Ф. А. Иевлев.{nl}[ … ] В 1799 г. командир саратовских казаков поручик А. Гладков просил императора увели-чить норму надела на душу с 15 до 25 десятин, приняв в уважение, что «они содержат себя в службе на своём почти коште». Просьбу поддержали губернатор В. С. Ланской и комендант В. Ф. фон Кабрит, отметившие «совершенную бедность» казаков. Бедственное положение слу-жащих городовых команд на рубеже XVIII XIX столетий подтверждается и другими источни-ками. Так, отчёт Саратовской думы об имевшихся за 1800 г. суммах поземельного налога, сооб-щал, что «сверх того … собрать не можно», так как недоимки лежали на казаках, находящихся «большою частию в отлучке на Узенях, а остались их жёны, которые … едва детей своих пропи-тать могут». [ … ]{nl}{nl}«Всё богатство Индии будет вам … наградою … »{nl}{nl}Известный мыслитель Н. Я. Данилевский, по горячим следам «украденной победы» России в войне с Турцией, неблаговидную роль в которой сыграла Великобритания, утверждал в начале 1879 г., что «в течение XIX столетия Россия имела только одного истинного друга в Европе, ко-торый хотел и мог быть ей полезным, – это Наполеона I». Данное утверждение кажется парадок-сальным: ведь именно с Наполеоном в этом столетии России пришлось вести свои самые крово-пролитные войны. Мысль философа станет понятнее, если обратить взор к событиям, предшест-вовавшим великому столкновению империй.{nl}[ … ] В разговоре с посланным Павлом в Париж бароном Г. М. Спренгпортеном первый кон-сул заявил: «Вместе с вашим повелителем мы изменим лицо мира». И для этого у Бонапарта уже были готовы конкретные предложения, главное из которых – совместный поход в Индию. Отве-том на него стал посланный Наполеону план, суть которого состояла в следующем. 35 тысячный французский корпус должен был прибыть с берегов Рейна к Царицынской крепости в Саратов-ской губернии, откуда по Волге и Каспию прибыть в персидский порт Астрабад. Здесь его уже должен был дожидаться русский корпус из 25 тыс. чел. пехоты и 10 тыс. казаков. В городе со-юзная армия устраивала главную квартиру, военные и провиантские склады. [ … ] Оружие и амуницию предполагалось получить из Астраханского, Казанского и Саратовского арсена-лов как сказано в проекте, «изобильно снабженных».{nl}План Павла вызвал несколько замечаний Бонапарта. [ … ] Не дожидаясь окончательного ре-шения союзника, Павел приступил к самостоятельному осуществлению плана. 29 декабря 1800 г. Павел дал повеление о поощрении торговли с Индией, Бухарским и Хивинским ханствами. Тогда же император приказал генерал прокурору и генерал провиантмейстеру П. Х. Обольянинову доставить ему сведения о дорогах в среднеазиатские государства. [ … ] 12 января 1801 г. Павел предписал атаману войска генералу от кавалерии графу В. П. Орлову готовиться к дальнему походу в азиатские страны. Отправленные ему 12 и 13 января рескрипты повелевали начать скорейшую подготовку к экспедиции «через Бухарию и Хиву на реку Индус и на заведения английские, по ней лежащие». [ … ] Оригинальную, но совершенно недостоверную версию причин отправки в поход именно донских казаков высказала в воспоминаниях супруга начальника военно походной канцелярии императора княгиня Д. Х. Ливен. По её словам, «Павел в гневной вспышке решил предать уничтожению всё донское казачество», будто бы ненавидимое им за независимые формы его самоуправления. [ … ] 4 февраля в Черкасск прибыл прослав-ленный в будущем, а знаменитый уже в ту пору, генерал майор М. И. Платов. После [ … ] По рассказу «вихря атамана», записанному позднее Н. И. Лорером, Платова неожиданно вызвали к монарху. Павел пожаловал Матвею Ивановичу табакерку со своим портретом, милостиво позво-лил облобызать руку, приказал немедленно отправиться на Дон и, собрав полки, дожидаться от него маршрута предстоящего похода. В записках А. М. Тургенева, слышавшего рассказ Платова о тех же событиях в 1812 г. на три года раньше Н. И. Лорера, аудиенция у императора описана ещё более красочно. Павел будто бы спросил Матвея Ивановича, указывая на карту с маршрутом от Оренбурга в Индию, знаком ли ему этот путь? «Меня как мороз по коже дёрнул, что сказать? Да вспомнил каземат, сказал: «знаю, ваше величество!»», рассказывал Платов. На вопрос императора, пойдёт ли он «по этой дороге в Индию?», он ответил утвердительно: «а себе на уме: хоть лукавому скажу – пойду, абы не в каземат». Платову было возвращено звание гене-рал майора, пожаловано командорство ордена Св. Иоанна Иерусалимского и тысяча червонцев на дорогу в Черкасск.{nl}[ … ] «Да благословит Бог совершить сию высокомонаршую доверенность щастием Вашего Императорского Величества к прославлению оружия Вашего, написал Орлов государю, высту-пая в поход. 27 и 28 февраля с Дона по направлению к Саратову и далее к Оренбургу, где казаки должны были дожидаться дальнейших указаний, четырьмя отрядами выступили 21651 чел. половина всех находившихся на службе чинов Донского войска. [ … ] Головной группой из 13 полков и двух рот артиллерии полковника А. А. Карпова (24 орудия и более 400 чел.) командовал генерал майор М. И. Платов. В этой группе следовал и осуществлявший общее руководство экспедицией В. П. Орлов. Над второй группой из 8 полков предводительст-вовал генерал майор И. Н. Бузин, третьей и четвёртой, по 10 полков в каждой, командовали ге-нерал майоры А. К. Денисов и Г. А. Боков, соответственно. Казаки представляли собою пёструю картину. Единообразную форму для них установили лишь через несколько месяцев, вооружены они были кто на что горазд. Как обычно, донцы выступили в поход «одвуконь». Вторая лошадь предназначалась для перевозки различной «домашности» и возможной добычи. В случае смерти или гибели коня, на котором ехал сам казак, он мог воспользоваться запасным.{nl}[ … ] Предводитель донского авангарда генерал майор М. И. Платов утверждал позднее, что казакам пришлось преодолевать знойную (в марте месяце!) и безводную пустыню. На самом деле за последними зимними морозами пришли метели и оттепели. Как свидетельствовал командир одного из донских отрядов А. К. Денисов, из за начавшихся оттепелей и разлива рек участники похода «более брели по воде, нежели видели хорошую дорогу, ибо и снег был наполнен водою». [ … ] Артиллерия едва двигалась. Любая лощина превращалась в почти непреодолимое препятствие. Через небольшую речку Таловку полку войскового старшины Папузина пришлось переправляться после 40 вёрст похода по колено в грязи, по гатям, устроенным из хвороста, за-боров, ворот и крыш домов местных жителей. Ночевать приходилось в открытой степи, из за от-сутствия достаточного количества топлива часто даже не имея возможности развести огня. [ … ] Одна группа из 8 полков под командованием генерал майора И. Н. Бузина близ с. Синенькие по льду перешла на левый берег Волги и продолжила движение на север по направлению к колонии Красный Яр. Вторая группа, проследовав через Саратов, переправилась через Волгу в левобе-режную колонию Екатериненштадт и тоже двинулась вверх по течению. Третья группа перешла реку в Саратове. Ещё одной группе предстояло перейти Волгу выше г. Вольска в месте постоян-ной переправы напротив заволжского селения Балаково. [ … ] Все они, кроме Атаманского полка В. П. Орлова, задержавшегося в городе на два дня, ограничили своё пребывание в Саратове од-ной ночёвкой. «Во время ж начлегов и прохода оных полков градским жителям никаких обид и притеснений от них не было», докладывал А. М. Лодашников. 17 марта В. П. Орлов рапортовал императору, что полки 1 го и 2 го эшелонов с артиллерией «по зделавшейся оттепели перейдя чрез Волгу, следуют с левой стороны оной, ис коих 1 я часть и артиллерия продолжают уже марш вверх по реке Большому Иргизу, 3 й же части полки переходят Волгу выше устьев Боль-шого Иргиза, за коими и 4 я часть следует». 23 марта А. М. Лодашников докладывал о пришед-ших 18 числа в Саратов трёх полках, «кои, переночевав, на другой день отправились в состоя-щую в недальнем расстоянии от онаго города завол[ж]скую Покровскую малороссийскую сло-боду».{nl}[ … ] Три передовых полки отряда А. К. Денисова успели перейти Волгу, когда она уже на-чала вскрываться. «Казаки смотрели на меня в сокрушении и ужасе», вспоминал генерал. Но с помощью местных жителей ему удалось так наладить переправу, что из более семисот прова-лившихся под лёд лошадей ни одна не утонула, а потеря в людях ограничилась ударившимся го-ловой при падении с коня казаком, который скоро «сделался здоров».{nl}В то время, когда казаки уже подходили к Саратову, генерал губернатор далёкого Оренбурга спешно готовился принять у себя нежданных гостей. Высочайшие повеления о приготовлении 25 тысячам казакам «нужных продовольствий» на два месяца, заготовлении фуража на тракте и отыскании «людей верных и искусных, способных быть переводчиками» генерал майор Н. Н. Бахметьев получил ещё в начале февраля. В. П. Орлов сообщил, что ему нужны 15 перево-дчиков, объясняющихся «на диалектах хивинском, бухарском, индейском и персидском». Найти в Оренбурге знатоков первых двух не представляло особой сложности, а вот о присылке осталь-ных пришлось просить астраханского губернатора. Цель предстоящего похода донского войска оставили в секрете даже от Н. Н. Бахметьева, но перечень требуемых толмачей красноречиво указывал весь маршрут дальнейшего следования казаков. [ … ] Известие о начале похода приве-ло Наполеона в восторг: «В табакерке моего друга Павла мой портрет. Он меня очень любит, и я этим пользуюсь! Потому что он скор на действия, мой друг Павел, очень скор!» Очень скоро в ночь с 11 на 12 марта «друг Павел» погиб в своей спальне от рук заговорщиков. Прибывший в Зимний дворец генерал адъютант Х. А. Ливен застал в нём ликующих генералов и плачущих ве-ликих князей. Увидев Ливена, Александр с рыданиями бросился к нему в объятия. «Потом госу-дарь выпрямился и воскликнул: «Где же казаки?». [ … ] В повествовании Платова, записанном Н. И. Лорером, рассказчик сообщает сплошные небылицы, в создании которых, возможно, по-участвовал не только Матвей Иванович («после сытного обеда» он был, «по обыкновению, не-много подвыпивший»), но и богатая фантазия его молодого слушателя. «Жары нас одолевали, провиант истощался, воды часто не было и только отвратительные гадюки (змеи) ползали вокруг нас», рассказывал Платов. [ … ] «Павел скончался, … императором Александр, и возвращай-тесь на Дон!». Неизвестным оказался единственный из якобы шести гонцов, посланных с прика-зом возвращаться: «только один, едва живой, исполнил поручение. Остальные не довез-ли», патетически пояснил рассказчик.{nl}В рапорте, отправленном новому императору 31 марта из Покровской слободы, В. П. Орлов сообщал, [ … ]{nl}«Смерть Павла, подобно удару молнии, поразила Первого Консула, возлагавшего большие надежды на покойного государя, столь властолюбивого и не допускавшего мысли, чтобы ка-кое либо из его приказаний нельзя было исполнить», вспоминал русский посланник в Сардин-ском королевстве А. Чарторижский. «Англичане промахнулись по мне в Париже, … но они не промахнулись по мне в Петербурге», будто бы произнёс Наполеон. В последующие годы он постоянно возвращался в мыслях к этому, по определению Е. В. Тарле, «любимому предмету своих мечтаний». [ … ] Пророчеству Наполеона не суждено было сбыться, но его идею в России не забыли.{nl}За месяц до заключения Тильзитского мира Наполеон достиг договорённости с иранским ша-хом о пропуске через подвластную ему территорию французских войск. Не прошло и полугода после Тильзитской встречи, как чиновник министерства иностранных дел П. Г. Дивов 23 ноября 1807 г. записал в дневнике слух о предстоящей посылке русской армии в Индию: «и с той же це-лью будет разрешён пропуск нескольким тысячам французских войск». Поход в Индию с помо-щью русских войск был одной из целей, которые Наполеон ставил перед собой, начиная в 1812 г. войну с Россией. Об этом хорошо знали в Петербурге и открыто говорили в рядах «Великой армии». Я. И. де Санглен описывает «странный случай», имевший место в начале Отечественной войны. Однажды к нему привели пленного французского офицера. После допроса он спросил автора записок: «Долго ли вы будете играть эту комедию?» «Какую комедию?» «Будто вы не знаете? Так я вам скажу по секрету: вся эта война с Россией притворная, скрывается от англичан. [ … ] В конце 1803 г. посланник бухарского эмира Хайдар хана привёз в Санкт Петербург послание своего повелителя, просившего не посылать войска в Индию, а, в случае необходимости, поручить поход эмиру. В 1804 г. оренбургский генерал губернатор Г. С. Волконский предложил план большого степного похода в Хиву с целью пресечь дальней-шую торговлю русскими невольниками, в обилии поставлявшимися на среднеазиатские рынки киргиз кайсаками. [ … ] Экспедиция 1801 г. оказала большое влияние на дальнейшее развитие отношений с Великобританией. В последующие десятилетия миф о «русской угрозе» постоянно использовался политическими кругами Соединённого Королевства для нагнетания антироссий-ской истерии. «С минуты, как Павел I выронил слова «поход на Индию», слова эти засели в анг-личанах навсегда. И отсюда неприязнь к России», говорил в 1885 г. князю В. П. Мещерскому император Александр III В начале XX столетия континентальную Европу дважды сотрясали ми-ровые войны, начало которых во многом было спровоцировано правительством «туманного Альбиона». Судьба благоволила к Британии, чужими руками неизменно сокрушая её врагов. Но с середины века англичане начали постепенно терять свои заморские владения по всему миру. Одной из первых независимость обрела и главная «сокровищница империи» Индия.{nl}{nl}В эпоху наполеоновских войн{nl}{nl}[ … ]. 24 мая 1803 г. Александр I утвердил новые штаты военнослужащих, положенных для губернского и девяти уездных правлений Саратовской губернии. При первом, как и прежде, должно было находиться 132 воинских чина, трое из которых являлись офицерами. В это число входили и 14 конных драгун. В уездной штатной команде полагалось иметь 33 солдата при 1 офицере. 9 июня 1804 г. гарнизон Саратова принял в свои ряды новое пополнение в лице воен-нослужащих, приданных прибывшей в Саратов межевой конторе. 28 ноября того же года импе-ратор Александр I распорядился о формировании во Владикавказской крепости второго гарни-зонного батальона. В его состав должны были войти две роты Кизлярского гарнизонного полка и по одной роте из Саратовского и Царицынского гарнизонных батальонов, «во всём их числе людей, вооружении и обмундировании».{nl}30 ноября 1806 г., через две недели после объявления Россией войны Франции, император Александр I издал манифест «о составлении и образовании повсеместных ополчений или мили-ции». [ … ] Помимо этого, в 1806 1807 гг. генерал аншеф И. Д. Савельев сформировал 10 пол-ков из калмыков, часть которых кочевала в пределах Саратовской губернии. Однако принять участия в боевых действиях они не успели и, после заключения Тильзитского мира, были рас-пущены. В отличие от саратовских калмыков, башкиры 9 го кантона, с конца XVIII в. кочевав-шие в северо-восточной части Вольского уезда, сумели не только добраться до театра войны, но и своими активными действиями оказать существенную помощь русской армии.{nl}[ … ] В 1806 г. внешнеполитическое положение России, участвовавшей в антинаполеонов-ской коалиции, оказалось столь угрожающим, что император был вынужден пойти на беспреце-дентный шаг. Как вспоминал генерал-провиантмейстер Б. Д. Мертваго, в конце этого года «не только армейские полки, но почти все гарнизоны внутренние сдвинуты с своих мест и поставле-ны к границам для обороны». В начале следующего 1807 г. к полевой службе были призваны и гарнизоны Нижнего Поволжья. 12 января И. Т. Тутолмин предписал командиру Саратовского гарнизонного батальона полковнику А. В. фон Гартонгу выступить с частью в Херсонскую гу-бернию в подчинение губернатора герцога А. Д. Э. Ришелье. Сборы в далёкий путь заняли три недели и 17 февраля 1807 г. батальон выступил в «повеленный поход». Почти одновременно с ним в такой же поход вышел и Царицынский батальон. [ … ] В Саратове осталась лишь инва-лидная рота полковника Ляхова. 16 сентября 1808 г. этот заслуженный воин «трёх орденов ка-валер», скончался. На посту командира его сменил выслужившийся из солдатских детей участник Очаковского штурма подполковник Т. К. Сопин. С конца 1807 и до середины 1808 г. местные воинские формирования были привлечены для борьбы с чумой, якобы появившейся в пределах Астраханской губернии. В Царицыне, Камышине и Саратове были учреждены карантины для шедших по Волге судов. Службу на кордонах несли донские казаки генерал майора Чернозубова и Краснова, Саратовская, Камышинская, Дубовская и Царицынская казачьи команды, инвалидные роты из Саратова и Царицына, губернская рота и уездные штатные команды. В апреле 1808 г. оцепление было полностью снято. По назначенному маршруту через Саратовскую губернию на укомплектование войск Кавказской армии «вся или частию» должна была проследовать милиция Курской, Воронежской, Слободско Украинской и Казанской губерний. Опасаясь переноса заразы, император 24 января 1808 г. повелел саратовскому вице-губернатору А. Д. Панчулидзеву производить перевозку ополченцев только на подводах местных жителей, не допуская их дальнейшего следования за пределы губернии.{nl}В течение 1807 – 1811 гг. Саратовский гарнизонный батальон находился в походах «по раз-ным турецким границам для прикрытия черноморских берегов». С конца 1807 по 1809 г. в его рядах из за травмы, «приключившейся от конского ушиба», находился легендарный ротмистр А. П. Бурцов – дядя историка и издателя «Русского архива» П. И. Бартенева, прославленный в стихах Д. В. Давыдовым, как «гусар гусаров», «ёра, забияка» и «собутыльник дорогой». Вдали от своих постоянных квартир батальоны сохраняли свои названия, знамёна и внутреннюю структуру. Первоначально подразумевалось, что по мере уменьшения надобности они смогут вернуться в пункты своего квартирования. Однако судьба распорядилась иначе. Высочайшим приказом 19 октября 1810 г. 2 й батальон Кизлярского гарнизонного полка, находившийся в Дербенте, переименовывался в Дербентский гарнизонный батальон. [ … ] Интересно, что в числе образованных таким образом частей был сформированный в Одессе Саратовский пехотный полк. С далёким приволжским городом его связывало лишь название. Три роты Царицынского гарни-зонного батальона пошли на составление Галицкого пехотного полка, а четвёртая вошла в состав 2 го Крымского гарнизонного батальона. В рядах Галицкого полка недавние служащие Царицынского батальона сохранили родные знамёна. С ними они участвовали в Отечественной войне 1812 г. и заграничном походе, осаждали крепость Модлин и сражались «битве народов» под Лейпцигом.{nl}[ … ] После расформирования гарнизонных батальонов предписывалось «остающиеся чет-вёртые гарнизонные роты немедленно с аммунициею при батальонном гарнизонном командире отправить … в губернские города на подводах обывательских». Согласно утверждённому Алек-сандром I расписанию в Саратов под началом 51 летнего подполковника М. В. Данкеева в апреле отправилась рота из крепости Св. Дмитрия (ныне г. Ростов на Дону). Саратовский полубатальон сначала входил в 3 ю (вместе с Воронежским), а с мая 1811 г. во 2 ю (вместе с Пензенским полубатальоном) бригаду 8 го округа внутренней стражи. Командир бригады полковник А. С. Румянцев размещался в Саратове, а штаб округа, во главе с генерал майором В. А. Русановым, в Воронеже. В течение весны и лета 1811 г. процесс формирования полуба-тальона и уездных команд был завершён. [ … ] Михаил Васильевич Данкеев происходил из дво-рян Смоленской губернии и начал службу в 1772 г. [ … ] На посту командира батальона Данкеева сменил 32 х летний майор Иван Гаврилович Сыробоярский. Как и его предшественник, он прибыл в Саратов из крепости Св. Дмитрия, но, в отличие от Данкеева, не имел никакого боевого опыта. Женившись на юной дочери командира инвалидной роты подполковника Т. К. Сопина, Сыробоярский укрепил своё положение в городе и стал родоначальником известной саратовской дворянской фамилии.{nl}Во время Отечественной войны и заграничного похода русской армии в 1812 1814 гг. на внутренней страже лежала огромная нагрузка по обучению и конвоированию рекрутов, сопро-вождению пленных, охране транспортов с казённым имуществом и вся караульная служба в го-родах империи. [ … ] Маршруты командировок военнослужащих охватывали значительную часть европейской России. Несмотря на привлечение к конвоированию местных жителей и чиновников в батальоне и уездных командах ощущался острейший недостаток людей. По требованию А. С. Румянцева губернатор А. Д. Панчулидзев 19 октября 1812 г. возложил обязанность препровождения колодников на горожан Саратова, отчего те в течение двух лет испытывали «большое изнурение».{nl}Высочайший манифест Александра I от 6 июля 1812 г. призывал дворян всех губерний “к созданию народного ополчения”. Начальником саратовского ополчения был избран генерал-майор Я.Д.Мерлин. Однако последовавший 18 июля новый манифест Александра I Саратовскую губернию в число ополчающихся местностей не включал. Зато участие в Отечественной войне 1812 г. приняли и кочевавшие в Заволжье башкиры 9-го кантона, а также калмыки Царицынского уезда.{nl}[ … ] Участие России в войнах начала XIX столетия немедленно отражалось на потоке про-ходящих по губернии воинских формирований. В мае 1807 г. Волгу с Балаковской пристани пе-ресекли 1 й и 2 й уральские казачьи полки. [ … ] В августе 1810 г. через Кузнецкий уезд «из го-рода Оренбурга в город Яссы, в Молдавии находящийся», проследовали чины 8 й артиллерий-ской бригады. 14 15 февраля 1811 г. через Саратов на более чем двух десятках подводах про-ехали на север по направлению к р. Большой Иргиз уральские казаки, следовавшие с Дуная. В марте 1811 г. в Вольске заготавливали фураж для следовавшего через город уральского казачье-го полка. Из другого документа выясняется, что через уезд в это время прошли два уральских полка Молдавской армии. [ … ]{nl}{nl}Гардкоуты – стражи Волги{nl}{nl}[ … ] По определению Верховного тайного совета от 17 января 1728 г. для предотвращения набегов калмыков на прибрежные селения на дистанции от Астрахани до Саратова в каждом го-роде были заведены «20 лодок расшивных, в которых по Волге разъезд имели солдаты из полков астраханского гарнизона». Эта мера, направленная, прежде всего, против калмыков, имела, в то же время, весомое значение и для борьбы с речными разбоями. С 30-х гг. XVIII века патрулиро-вание на Нижней Волге осуществляли волжские казаки. [ … ] Именно так, в сопровождении большого числа военных на судне, оснащённом орудием, особая «монетная рота» доставляла в приволжские города, отчеканенные в Екатеринбурге медные деньги. К подобной практике в этот период прибегали не только власти, но и владельцы частных кораблей. В 1769 г. учёный путеше-ственник И. И. Лепехин наблюдал у Саратова «флот, состоящий из множества судов, которые вооружаются по нескольку пушек на вертлугах, для безопасности от разъезжающих по Волге удальцов». В 1770 г., после ограбления такими «удальцами» военных кораблей, астраханский губернатор Н. А. Бекетов потребовал от саратовского и царицынского комендантов организовать регулярные разъезды воинских команд. К поимке разбойников были привлечены и волжские ка-заки, которые, при дальнейшем попустительстве грабителям, по грозному предостережению гу-бернатора, могли быть «не только разжалованы», но и «нещадно еще на теле штрафованы». Гра-бежи, между тем, продолжались. [ … ] Тогда же, по приказу астраханского губернатора П. Н. Кречетникова, особая эскадра из нескольких лодок с экипажами и артиллерией из царицынского гарнизона, крейсировала по Волге в окрестностях города и уничтожала «злодейские суда». Одна из таких шаек, имевшая стан на одном из островов в 10 верстах ниже колонии Сарепта, распола-гала лодками, вооружёнными пушками и насчитывала до ста человек. В 1775 г. особое беспокой-ство властей вызывали дерзкие разбои «атамана Заметаева». [ … ] по приказу генерал-поручика А. В. Суворова, из Саратова вместе со второй гренадёрской ротой Ладожского пехотного полка, четырьмя эскадронами гусар и пикенер, «вожатыми казаками» и 20 «работными людьми» вниз по Волге к Астрахани на двух «сплавных» и шести «раскосных» лодках был командирован секунд-майор Пётр Соловьёв. [ … ] Тогда же комендант И. Е. Цыплетев потребовал принять меры к поимке разбойников от атамана волжских казаков В. М. Персидского.{nl}Летом 1776 г. князь Г. А. Потёмкин именным ордером на имя астраханского губернатора И. В. Якоби повелел произвести постройку 18 лёгких лодок для патрулирования по Волге специ-альных команд. Средства на построение лодок были собраны с жителей губернии. На Саратов пришлась весьма значительная сумма в 3720 рублей 84 копеек. В 1777 – 1778 гг. команда из 12 солдат при одном офицере астраханского гарнизона совершала разъезды в низовьях Волги. Летом 1780 г. шайка разбойников орудовала около урочища Широкий буерак. По требованию аст-раханской губернской канцелярии для поимки грабителей обер-комендант генерал-майор В. В. Левин приказал отрядить от квартирующего в районе Царицына Куринского пехотного полка воинскую команду. [ … ] Д. Л. Мордовцев в одном из своих очерков приводит рассказ, записан-ный со слов встреченного им старика, который, в молодые годы, слышал его от пожилого раз-бойника, непосредственного участника событий. По словам старика, в один из последних годов XVIII века некий саратовский воевода «дал секретное предписание, чтобы караваны … провожать воинским людям. [ … ] В мае 1797 г. проживавший в Астрахани священнослужитель Н. Г. Скопин записал в своем дневнике: «Слышно стало, что по Волге разбойники умножились великими партиями около Царицына и Камышина. Какая же причина столь давно неслыханному скопищу их, судить можно, но не должно: суд Божий есть…». Отмеченное Скопиным усиление речного разбоя не осталось незамеченным властями. Для борьбы с воровскими шайками на Волгу тогда же отправился полк из 500 уральских казаков, под командованием майора М. Назарова. [ … ] 20 июня 1797 г. император издал именной указ Адмиралтейской коллегии о боевом патрулировании по Волге. Для этой цели монарх повелевал построить в Казани «девять легких гребных военных судов, на которых была бы одна пушка и несколько фальконетов, снабдя их артиллерию, равно морскими командами, сколько на них будет потребно, которые там и будут навсегда оставаться, три из оных будут занимать дистанцию от Царицына до Астрахани, три от Казани до Царицына, и три от Казани вверх по Волге кои и будут называться гард-коты реки Волги, и стараться истреблять немедленно, буде же открылись каковыя разбойническия лодки почему и приступить по сему к исполнению». Непривычное русскому уху название «гард-коты» (гардкоуты) было заимствовано из Европы. [ … ]. В августе 1798 г. астраханский губернатор И. С. Захаров уведомил об этом императора, а в рапорте от 8 декабря 1799 г. сообщил ему, что «находящиеся во вверенной ему губернии гардкоуты, разъезжая два лета по Волге, нигде не повстречали и не слыхали никаких разбойнических или подозрительных партий». Павел немедленно отреагировал на рапорт И. С. Захарова, распорядившись, сразу же после вскрытия Волги, отправить все зимо-вавшие на ней гардкоуты в распоряжение Казанской адмиралтейской конторы. [ … ]{nl}Саратовские власти проявляли инициативу в борьбе с разбоями, порой не дожидаясь помощи от гардкоутных экипажей. В июле 1804 губернатор П. У. Беляков привлек «к истреблению во-ровской шайки, появившейся на Волге около Волгска», десять отставных казаков. [ … ] Согласно сведениям саратовской думы, в 1805 г. квартиры в городе занимали 2 обер-офицера «морской флотилии» с 28 «матрозами». С этой поры служащие гардкоутов каждый год зимовали в Сарато-ве. К обычным заботам городской думы прибавилась обязанность сооружать осенью временные помещения для хранения лодок. [ … ] 14 ноября 1809 г. подобное же обращение поступило за подписью лейтенанта Левицкого, а в ноябре 1811 г. в документах упоминаются флотские лейте-нанты Секерин и Каширин. [ … ] Весной 1829 г. одна из зимовавших в Саратове лодок была на-значена в продажу. 8 мая губернатор А. Б. Голицын предложил городской думе приобрести её для перевоза через Волгу губернских чиновников. Управлять купленным вскоре судном нанялся отставной боцман 13-го флотского экипажа Фёдор Языков. [ … ]{nl}2 октября 1829 г. Николай I утвердил «Положение», в соответствии с которым «для охране-ния купеческих судов, плавающих по Волге и впадающих в нее рекам: Оке, Суре, Каме и Вятке» создавалась «особая команда» — 2 -й полубатальон 9-го (впоследствии 7-го) военно-рабочего ба-тальона. В состав полубатальона вошли 4, 5 и 6 роты, а также две роты 8-го Ластового экипажа Балтийского флота «в полном числе чинов». Новое военное образование со штабом в Казани, получившее с 1838 г. название Гардкоутного экипажа, находилось в подчинении III округа Глав-ного управления путей сообщения [ … ]По воспоминаниям казанского жителя А. Овсянникова, команда гардкоута обычно «вооружена была кремневыми ружьями». Каждая из трех рот имела определенную дистанцию патрулирования, менявшуюся в зависимости от местной обстановки. 4-я рота наблюдала за порядком на Оке, Суре, верхней Волге (от Костромы до Казани). 5-я рота контролировала Каму, Вятку, волжский район от Казани до Хвалынска. 6-я рота осуществляла разъезды на участке от Хвалынска до Астрахани. [ … ]В начале 1831 г. начальником «здешних Готкаутов» являлся капитан Суслов — командир 6-й роты, почти двумя десятилетиями ранее упо-минавшийся в чине лейтенанта. К концу 30-х годов XIX столетия в Саратове при «двух Горко-утах» находилось 35 человек. [ … ] Усиление административного контроля, увеличение населе-ния на берегах Волги и, наконец, появление пароходов, лишили «понизовую вольницу» свободы действий. Вместе с прекращением грабежей отпала и надобность в гардкоутных командах. Именной указ императора от 20 декабря 1856 г. повелевал «учреждённые … для крейсерства на Волге Гардкоутный экипаж и Гардкоуты в течение 1857 года упразднить»[ … ]{nl}22 июля в квартирную комиссию поступило последнее отношение командира 3-й роты пору-чика Мельницкого. В нём он просил отпустить ему причитающиеся деньги «по случаю оконча-тельной сдачи дел … и отправлению его к новому месту службы». [ … ]{nl}{nl}Гусарская быль{nl}{nl}[ … ] Вместе с гусарами сюда следовали конно артиллерийская и фурштатская бригады, а в соседней Пензе обосновался штаб 5 й пехотной дивизии. 9 й егерский и Ладожский пехотный полки из её состава пришлось направить поближе к гусарам в саратовские Балашов и Сердобск. В первых числах ноября эскадроны встали на свои квартиры. Павлоградский, Елизаветградский и Изюмский полки остановились на постой, соответственно, в Аткарском, Вольском и Петровском уездах. Иркутский гусарский полк вступил в Саратов и близлежащие селения. В губернской столице разместились штабы дивизии, обеих её бригад, дивизионный лазарет и различные заведения. [ … ] На долю жителей Пензы в 1821 году досталась заурядная пехота, но и ей они «любовались». Нечего говорить, что эмоции саратовцев, лицезревших своих дорогих во всех отношениях гостей, оказались ещё более впечатляющими. «Что были за красивые и богатые офицеры!», вспоминал Константин Попов. «Мундиры на них блистали все золотым шитьём, лошади самые лучшие. И рядовые солдаты были как на подбор, один другого лучше: лошади красивые, статные». В красоте мундиров у гусар, действительно, соперников не было. Изюмские гусары имели красные доломаны, тёмно синие ментики, чакчиры, кивера, ташки и кушаки. У офицеров мундиры были украшены золотым, а у солдат белым шитьём. Мундир «искони про-славившегося Павлоградского гусарского полка» был, по отзыву одного из его офицеров, «весь-ма наряден». Тёмно зелёные доломаны с голубыми воротниками и обшлагами, тёмно зелёные же чакчиры и красный кушак дополняли кивер и ташка ярко бирюзового цвета. Всё это было расшито шнурами: золотыми у офицеров и красными у нижних чинов. Откровенно не повезло елизаветградцам. Будто в насмешку, им достался невзрачный «серо сермяжный» колор формы, подобный тому, который имели в ту пору инвалидные роты и батальоны внутренней стражи. Негативное впечатление от такой «непарадной» формы несколько сглаживали красный кушак, тёмно зелёные чакчиры, золотая и жёлтая вышивка. Но, пожалуй, самые яркие мундиры, не только в дивизии, но и вообще среди гусарских частей и едва ли не всей армии (гвардия вне кон-куренции), носили в те годы военнослужащие Иркутского полка. Недаром именно ему доверили честь расположиться в столице губернии. Форма иркутцев состояла из ментиков и доломанов благородного чёрного цвета, с малиновыми воротником и обшлагами. Малиновыми были у гусар кивера и ташки, которые прекрасно сочетались с жёлтыми кушаками. Как и у Елизаветградского полка, мундиры офицеров имели золотое, а солдат жёлтое шитьё. Гусары всех полков носили поверх чакчир «венгерские сапожки». Конечно, не забыты были и лошади. Кони каждого полка отличались цветом вальтрапов накидок под седло. Красные у Изюмского, тёмно зелёные у Павлоградского и Елизаветградского, чёрные у Иркутского полка. Да и сами лошади во всех полках подбирались строго по мастям для каждого из шести строевых эскадронов, разделённых по трём дивизионам, и одного запасного, так называемого, «вакантного» эскадрона. Первый эс-кадрон каждого полка носил название лейб эскадрона. Он имел гнедых, то есть тёмно рыжих коней. Второй эскадрон рыжих и бурых. Третий и четвёртый серых и белых. Пятый эскадрон гарцевал на караковых, то есть тёмно гнедых, а шестой на вороных конях. [ … ] В 1822 – 1823 гг. художник Васильев запечатлел унтер офицеров всех четырёх гусарских полков 2 й дивизии. В местности, на фоне которой они нарисованы, легко угадываются окрестности Саратова. Картина два столетия хранилась у потомков командовавшего дивизией 40 летнего генерал майора Ивана Сергеевича Леонтьева. Столбовой дворянин в родстве с царствующей фамилией (Леонтьевыми были бабушка Петра Великого и, между прочим, саратовский воевода XVII столетия), бывший камер паж, помнивший императора Павла, он в 1799 году был выпущен из Пажеского корпуса в лейб гвардии Преображенский полк и лишь позднее пересел на коня. [ … ] Над первой бригадой дивизии в составе Изюмского и Павлоградского полков начальствовал 37 летний генерал майор Христофор Фёдорович Солдейн. Голландец по происхождению, он в 1803 году по приглашению цесаревича Константина Павловича вступил подпоручиком в русскую службу из капитанов Ба-тавской армии. В 1807 году офицер принял присягу на вечное подданство России и сдержал данное перед Богом обещание. [ … ] Вторую бригаду до весны 1823 года возглавлял известный в те годы военный теоретик и эрудит, баловавшийся литературой генерал майор Николай Алек-сеевич Столыпин. Его идеи преобразования армии опередили своё время. Как и абсолютное большинство офицеров того времени, этот, по словам Михаила Сперанского, «настоящий гене-рал», «образец военного ума, твёрдости и самого здорового рассудка» участвовал в наполеонов-ских войнах и имел многочисленные боевые награды. В 1812 году в лихой атаке под Витебском он пленил французского генерала, за что удостоился ордена Святого Георгия. Мужественный на войне, генерал был мягким и добродушным в мирной жизни. Совсем скоро в 1830 году только назначенный севастопольским военным губернатором Николай Столыпин будет сброшен с бал-кона своего дома и растерзан разъярённой толпою во время чумного бунта. На новой стоянке Столыпин был человеком не чужим. Брат генерала Афанасий – отставной офицер, богатый по-мещик с независимым характером и крутым нравом не без самодурства, как раз в год прибы-тия в губернию гусар занял должность саратовского уездного предводителя дворянства. Одним из бригадных командиров дивизии должен был стать другой наследник саратовских имений ге-нерал майор князь Сергей Григорьевич Волконский. [ … ] Член «Союза благоденствия» и один из деятельных участников Южного общества декабристов с генералом Леонтьевым поддерживал приятельские отношения. В 1816 году польский шляхтич Варфоломей Гижицкий вызвал 28 летнего Сергея Волконского на дуэль и пригласил Ивана Сергеевича быть его секундантом. Дружба с князем заставила Леонтьева отклонить этот несомненный жест доверия, но Волконский уговорил друга согласиться. Поединок закончился бескровно и, благодаря секундантам, соперники помирились.{nl}[ … ] Но и молодые иркутцы могли похвастаться славной историей. В грозном 1812 году на их долю выпали тяжкие испытания. От поредевшего в битвах Иркутского драгунского полка до поля Бородина добралась лишь горсть измождённых всадников. В разгар сражения Николай Муравьёв встретил стоявших под огнём драгун – «числом не более 50 человек» и под командой поручика – офицеров старше уже не осталось. В тот же день этим героям ещё довелось ходить в атаку и выбивать французов с батареи Раевского … По сути переставший существовать полк на-звали гусарским и решили пополнить набиравшимися на службу богатым отставным ротмистром графом Петром Салтыковым волонтёрами. Был среди них и Николай Ильич Толстой, тогда ещё совсем молодой, а позже видный и пленительный мужчина, прототип ряда героев его великого сына Льва Николаевича Толстого. Угадывается он и в отце Николиньки из «Детства» и «Отрочества», и, конечно, в лихом павлоградце Николае Ростове из «Войны и Мира». Толстой поступил в полк в 1812 году, а в следующем отличился в битве при Лейпциге. Как и положено гусару, он прокутил всё состояние и, чтобы выбраться из долгов, подобно Николаю Ростову, же-нился на богатой, но некрасивой девушке. Новоявленные гусары показали себя молодцами в за-граничном походе и среди своих знатных собратьев уже не выглядели пасынками. [ … ] Иркут-ские гусары свято хранили память о том, что именно среди них Александр Сергеевич Грибоедов в недалёком 1812 году начал своё служение Отечеству. Здесь он нашёл прототипы своих героев, от гусарского ротмистра Саблина из «Студента» до Скалозуба и Репетилова. Два года в рядах полка провёл бывший партизан отрядов Фигнера и Сеславина, участник Бородина и штурма Па-рижа майор Сергей Васильевич Колычев едва ли не самая таинственная и романтическая фигура среди саратовских помещиков XIX столетия, послужившая прототипом Рахманова из рассказа Ильи Салова «Святая могила». Но самым известным однополчанином Грибоедова был заме-чательный композитор Александр Алябьев автор знаменитой песни «Соловей». Когда Иркут-ский полк пришёл в Саратовскую губернию он уже покинул часть, а в 1823 году вышел в от-ставку. Спустя четыре года за причастность к гибели дворянина, умершего после полученных в доме композитора побоев, Алябьев был лишён чинов и дворянства и выслан в Тобольск.{nl}[ … ] К моменту прибытия в губернию над Иркутским полком начальствовал полковник Михаил Павлович Ланской. В Саратове он

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.