Главная / Библиотека / Разгон демонстрации 31 декабря 1917 года. Первая кровь на руках большевиков. Из дневника Н.М. Архангельского

Разгон демонстрации 31 декабря 1917 года. Первая кровь на руках большевиков. Из дневника Н.М. Архангельского

31 декабря 1917. День кровавых событий.

На сегодня, в 12 ч. дня, на Театральной площади, была назначена манифестация – «в защиту учредительного собрания». Манифестацию организовали эс-эры и меньшевики. К назначенному времени на площадь явилась масса народу – представители различных политических и профессиональных организаций и просто публика. Красные знамёна. С балкона театра – речи.

Со стороны базара к манифестантам двинулась толпа солдат и прочего люда, человек 100, с криком, гиком, с очевидной целью сорвать манифестацию. Но малочисленность этой толпы помешала срыву. Где-то раздался выстрел.

— Граждане! Не смущайтесь: это провокация! — крикнули с балкона, и собрание продолжалось. Однако спустя некоторое время из толпы, враждебной манифестантам, стали врываться в толпу манифестантов отдельные лица. Поднялся крик, шум, речей не стало слышно.

С балкона крикнули:

— Граждане! Очевидно, хотят сорвать собрание; поэтому, во избежание эксцессов, закроем его и двинемся шествием по Московской.

Манифестанты немедленно двинулись рядами к Московской.

Когда манифестация поравнялась с почтамтом, — в окнах его появились солдаты, ставшие на работу вместо бастующих почтовых чиновников. Им крикнули:

— Идите к нам!

А затем:

— Штрейхбрехеры!

Один из солдат, стоявший в окне третьего этажа, стал говорить речь:

— Вот вы зовёте нас к себе, а обзываете штрейхбрехерами. Я бы пошёл к вам, но среди вас буржуи. Так я лучше выброшусь из окна на мостовую, чем пойду к вам!

Возбуждение с обеих сторон было уже очень велико. И когда манифестация двинулась дальше, среди стоявших на тротуарах солдат пошли разговоры, что следует «расстрелять врагов народа».

У губернской тюрьмы манифестанты обменялись приветствиями с появившимися в окнах тюрьмы заключёнными членами городской управы и офицерами.

Отсюда манифестация благополучно дошла до Московской площади. Здесь со старой, оставшейся ещё от февраля трибуны, начались речи. Из казарм вышли солдаты. Они прерывали солдат[1] и вообще были сильно возбуждены. Но всё же всё обошлось благополучно и манифестация той же дорогой пошла обратно.

Участники манифестации уверяют, что далее события пошли так:

Подойдя к почтамту, манифестанты увидели стоявших поперёк улицы вооружённых солдат. Подпустив манифестантов шагов на сто, они дали залп. Потом ещё и ещё…

Часть публики бросилась врассыпную – по дворам и в соседние улицы, часть легла на землю, часть бросилась в подошедший вагон трамвая. Пули между тем свистели в воздухе…

Первым убит был молоденький студент – эс-эр, нёсший знамя. Затем – как говорят- убиты ещё две курсистки. Вагоновожатый ранен пулей навылет. Есть раненые среди прохожих, но кто именно и как фамилия убитого, — неизвестно.

Студента, ещё живого, внесли в ближайший двор, и тут он скончался. Затем, когда стрельба прекратилась, солдаты обыскивали прохожих и тех, у кого находили оружие, отправляли в военную секцию.

Какие-то личности шмыгали по улицам, подходили к собравшимся в кучки гражданам и говорили:

— Это провокация кадетов и жидов.

— Т.е. какая провокация?

— А это кадеты и жиды первые начали стрелять в большевиков.

 

[1] Так в тексте. Очевидно не солдат, а ораторов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *