Главная / Библиотека / XIX век / Благородное сословие и возвышенная любовь. Из "Записок сельского священника""

Благородное сословие и возвышенная любовь. Из «Записок сельского священника»»

Иван Иванович Буковский, ещё до чтения манифеста, пригласил нас к себе ночевать. Закуска у Ивана Ивановича была на славу. Долго и хозяин, и гости ходили по комнатам из угла в угол молча, и то тот подойдёт к бутылке, то другой – к графину.

Когда все подвыпили порядком и пошла беседа нараспашку:

— Эх, бывало, бери любую!.. А теперь?

Чего-то тут не наговорено, что-то тут ни вспомнилось!..

/…/ В имении Николай Иванович Бахметьев был настоящим петухом: и до женитьбы, и после вся женская половина – от млада до стара – была его курами. Пойдёт, бывало, Николай Иванович поздно вечером по селу любоваться благоденствием своих крестьян, остановится против какой-нибудь избы, посмотрит в окно и легонько постучит в стекло пальцем. Стук этот хорошо уже был известен всем: постучит – и сию же минуту красивейшая из семьи выходит к нему… А что творилось во дворе, – предоставляю всякому дополнить мой рассказ своим воображением.

/…/ Неподалёку от села Бахметьевки есть имение г. Жарского. Помещик в этом имении не жил, но он каждое лето приезжал туда на несколько недель. Имением его – двумя деревнями дворов во 100 – управлял отставной солдат, женатый на бывшей экономке. Управляющий этот каждый год ко дню приезда барина составлял список всем подросшим девкам, и в день приезда барина вручал его ему. Тот брал себе каждую дня на три – на четыре в услужение. И как только список кончался, уезжал в другие деревни. И это – из года в год!

/…/ Задумал Николай Иванович жениться, съездил в Петербург, усватал и привёз карточку своей невесты. Невеста его и потом жена Елизавета Николаевна, из рода Муравьевых, была очень красива собой и, без хвастовства и фатовства, необыкновенно добрая дама. Приехал Николай Иванович и пошёл на ригу показать бабам карточку своей невесты. Дал карточку и спрашивает: «Что, хороша моя невеста?». Одна из баб, бойкая и пользовавшаяся особенной его благосклонностью, смеясь сказала: «Хороша, а я всё-таки лучше!». Николай Иванович взял карточку и с обыкновенною нежностью сказал: «Фёдор Васильевич! Дай Даше 50!». И пошёл. Фёдор Васильевич (староста) сейчас же и тут же, на месте преступления, закатил Даше 50 самых горячих.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *