Главная / Библиотека / XVII-XVIII век / Из жизни сербского офицера, служившего в Саратовской губернии. Пишчевич. 1793.

Из жизни сербского офицера, служившего в Саратовской губернии. Пишчевич. 1793.

Саратов нам с самого прибытия показался очень приятным как ради ласки, которую нам в оном оказывали, так и потому, что, оставив пустыню Кавказскую увидели себя посреди многолюдного общества, которое отчасти хотя по интересным своим расчетом и разделено между собой было, но мы не вмешивались в оные пользовались веселостями нам ими доставляемыми. Дни в недели были рзобраны лучшими в городе домами, в которые пополудни съезжались, занимались картами, а ввечеру начинались танцы, которые продлжались нередко гораздо за полночь. В Саратове пикировались тогда тем, у кого на бале болше собрания было и у кого танцевали больше; губернаторша в сем странном обыкновении первенствовала не потому, чтобы она лишне любима, но по страху, который она умела во всех вселить; жены и дочери нередко и по неволе прыгали, дабы мужья и отцы могли покойно свои карманы набивать. Веселости в Саратове, волокитства и разные празднества, даваемые в угодность нам в таком месте, в котором полка более 20 лет не видали; женщины нам головы вскружили, а мы им, и посреди всего сего я сделался как очарованный, забыл претерпенные нужды из линии, забыл то, что всякий день вводил меня в новые долги, забывал и то, что никаких средств не представлялось к выплате оных. Надлежало здесь тотчас образумиться и деньги, занимаемые употребить на пользу в Польшу[1], но сего я не сделал, да и сделать не мог, деньги как приходили, так и расходились, а суммы большой в руках никогда не обреталось.

В начале 1793 года кончился трехлетний срок избранным в разные по наместничеству чиновникам должности, и потому; по уложению о губернаторах, последовал съезд со всех уездов дворянства к выборам[2], что приумножило еще больше общество; балы были уже вещью обыкновенною и потому дано было четыре сряду маскарада.

В Саратове никого нельзя уверить было, судя по жизни, каковую я вел, чтобы мне отец мой менее двух тысяч в год на мое содержание присылал. Я не могу забыть тех последних червонцев, мною в лавку отнесенных, дабы представить себя прилично в маскарадах. Червонцев было у тменя всего навсего тридцать; мне вздумалось равняться в маскарадной одежде со своим полковником. Странная мысль! – Он получал в год от полка около тридцати тысяч рублей. Не взирая на сие несходство карманов, я отнес свои червонцы в лавку Сарептскую. Сарептянин оною торгующий принял их в ста двадцати рублях и клялся мне немецкой честностьюих возвратить, ежели я принесу ассигнации на место оных; после сего отмерял мне атласу черного на венециан и розового для подкладки оного, на мантилью прекрасного флеру и хороших кружев для обкладки оной. За все сие взял с меня сто рублей, а остальные двадцать отпустил мне ассигнациями, для лучшего впредь расчета, говорил он.

[1] Польша перестала существовать как государство в конце XVIII века, в результате ораздела её территории между Пруссией, Австрией и Россией.

[2] На губернских дворянских съездах, собиравшихся каждые три года происходили выборы на различные должности в губернских государственных структурах.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *