Статьи Фотогалерея Библиотека Генеалогия Интересное Карта сайта
Поделиться с друзьями:

Книга автора сайта "Пролетарская революция, какой мы её не знаем"

Рассказы о домах и людях старого Саратова.
Города


Люди

Издательский дом "Волга"



10 декабря 2016 (135 дней 1 час назад)

Октябрьская революция в неизданных документах. Хроника событий в Саратовской губернии 28 октября 1917 г. - 15 января 1918 г.

В годовщину советской власти, лидер саратовских коммунистов В.П. Антонов признал, что в Саратове с более чем 300 тысячным населением крупной буржуазии было не более 20 тысяч, а рабочих и служащих до 60 тысяч. Все остальное население принадлежало к средней и мелкой буржуазии с мелкособственнической психологией. И лишь незначительная часть фабрично-заводских рабочих, не имевших никакой собственности, представляла пролетариат, преданный революции .
Таким образом, при населении губернии 3,29 млн. человек (в 1913 г.) . большевики могли уверенно рассчитывать на активную поддержку небольшого процента населения. В самом же перевороте с оружием в руках участвовало около пяти тысяч человек (чуть более 0,1% населения). Решительность большевиков не может не вызывать уважения, так как в губернии находилось около ста тысяч военных, из которых только в Саратове было более пятидесяти тысяч.
Переворот прошел в Саратове быстро и фактически бескровно. Здание городской думы обороняло пару-тройку сотен человек, которые были окружены солдатами гарнизона и рабочими, которых было раз в десять больше.
Со стороны законной власти был убит один юнкер, со стороны восставших было несколько легкораненых. Арестованные гимназисты, защитники думы были освобождены в тот же день, гласные думы через два дня, а юнкера были задержаны до снятия угрозы вмешательства казачьих частей .
Утро 29 октября Саратов встретил с новым органом власти – Советом рабочих и солдатских депутатов, в котором кроме большевиков были только левые эсеры. Остальные партии накануне покинули совет, протестуя против захвата власти перед выборами в Учредительное собрание, которое должно было объединить все политические силы России.
В уездах в течение первого месяца после переворота советы взяли власть в свои руки лишь в незначительной части Саратовской губернии, так как в ряде уездов большевики просто не имели своих ячеек.
В Покровске на заседание Думы 11 ноября явился революционный комиссар большевиков Гнездило, который предложил принять в Думу представителя революционного штаба для контроля за действиями городского самоуправления .
В Камышине 10 ноября был разгромлен винный склад, вследствие чего выборы в учредительное собрание отменены . Большевики взяли власть только после приезда из Саратова 15 ноября отряда, вооруженного пулеметами .
В Аткарске к 15 ноября совет объявили властью, но фактически он властью не обладал. Все учреждения работали без контроля. Комиссар временного правительства оставался у власти .
В Балаково 10 ноября для борьбы с анархией революционный (антибольшевистский) комитет, во главе с городским головой берёт власть в свои руки и направляет все усилия к сохранению порядка и спокойствия в городе.
В Вольске большевики власть не брали. Комиссар временного правительства не смещен. Действует комитет общественной безопасности .
В Петровске на 22 ноября полная дезорганизованность в гарнизоне надежда установить власть советов малая .
В Балашове казаки в городе пьянствуют, солдат всех обезоружили. Балашовцы просят у Саратова помощи .
В Кузнецке на 23 ноября совета нет. Разгромлен винный склад, что вызвало образование пьяных банд, приступивших к разгрому торгово-промышленных предприятий. В городе паника, и восстановить порядок некому .
В Хвалынске первый уездный съезд Советов состоялся лишь 25 декабря 1917. Съезд обсудил вопрос о текущем моменте и организации Советской власти, избрал уездный Исполнительный комитет .
В Саратове три дня после переворота не работали магазины, банки и присутственные места. Из газет выходили только большевистские «Социал-Демократ» да «Известия Совета Рабочих и Солдатских депутатов. Среди населения гуляли чудовищные слухи и нелепые сплетни .
Из центра пришла директива принять самые энергичные меры к недопущению контрреволюционных выступлений, «антиеврейских» и каких бы то ни было погромов .
И меры были приняты. На второй день существования новой власти член исполкома Лебедев возмущается происходящей облавой на офицеров. На что, председатель исполкома В.П. Антонов отвечает, что пока её прекращать нецелесообразно . Спустя неделю тот же Лебедев возмущается хаотичностью в производстве арестов и реквизиций. По его словам: «Кому не лень, тот арестовывает и реквизирует» . Ему возражают, обосновывая целесообразность массовых арестов необходимостью «привести в пассивное состояние всех лиц, действующих против Совета» .
В числе первых актов советской власти был декрет о печати, который положил начало запрета на свободу слова. В нем было обещано, что «как только новый порядок упрочится, для печати будет установлена полная свобода в пределах ответственности перед судом, согласно самому широкому и прогрессивному в этом отношении закону» .
Информационный вакуум заполняли митингами, где вожди большевиков указывали на врагов революции и раздавали авансы в решении текущих проблем. Безусловные противники в лице представителей свергнутой власти были понятны. Теперь же врагами стали и бывшие коллеги по советам - меньшевики и эсеры. Среди обещаний главным было гарантированное обеспечение население хлебом и сахаром. Лейтмотивом митингов звучали призывы к «охоте на буржуев», конфискации всех их ценностей, домов, предприятий, магазинов и прочей собственности .
В категорию «буржуев» попадали все более или менее обеспеченные люди. В дневниках интеллигенции читаем: «какая-то вооружённая банда оборванцев произвела обыск без предъявления ордера» , «обыск производился грубо ».
Ордера выдавались на обыски в квартирах и зданиях , либо поручалось найти нечто, необходимое для нужд новой власти . Основанием для обысков могли служили доносы , которые подавались, как долг честных граждан . Искали оружие и «излишки» продуктов или иных товаров. Поскольку отныне продажа товаров требовала письменного разрешения, то при его отсутствии обнаруженные где-либо товары реквизировались .
Крупные магазины предварительно опечатывали и ставили вооруженную охрану, описанные товары увозились на склады Губпродкома . Коммерческие грузы изымались со складов и транспортных средств . Исполком на ходу принимал решения, по которым, например, грузы, не востребованные хозяевами в 3-дневный срок, подлежали реквизиции .
Право на обыски и реквизиции ничем не регламентировались и порождали самостоятельность деятелей новой власти разных уровней , что давало почву для разгула преступности.
12 ноября состоялись, назначенные ранее, выборы в учредительное собрание. В голосовании приняло участие около сорока процентов граждан, что говорит о невысокой политической активность населения в сложившейся ситуации .
По г. Саратову, большевики получили менее трети голосов. Треть досталась прочим социалистическим партиям и оставшаяся треть либеральным демократам . Правда через десять дней результаты «уточнили» и сторонников большевиков стало на 5% больше. Но вот голосование в деревне, в которой проживало 80% населения, оказалось менее выигрышным для большевиков: чуть больше четверти голосов против 56% у эсеров. В результате в учредительное собрание от губернии прошли 11 эсеровских и 4 большевистских кандидата .
Экономическая жизнь города за первые две недели советской власти начала быстро замирать. Одной из причин стал банковский кризис. Призыв «грабь награбленное» вызвал паническое изъятие вкладов из банков и выведение денег со счетов. Городской голова констатировал, что из саратовских банков было взято обратно до 15 тысяч вкладов . Платежная система фактически перестала работать.
16 ноября Исполнительный комитет обратился в Государственный банк с предложением выдать 2000 руб. на удовлетворение служащих Исполнительного Комитета . Последовал отказ и 18 ноября исполком совета приказал Т. Хвесину и С. Ковылкину ввести контроль над всеми банками города и выяснить запасы наличных денег .
Утром в государственный банк и все коммерческие банки явились отряды вооруженных солдат и красногвардейцев. Был арестован управляющий госбанком Якимов. Захватчики потребовали от служащих сдать все ценности банков «на учет» .
Панические настроения от этого действия только усилились. В результате 20 ноября, впервые за все время существования государственного банка приход составил 4000 руб., а выдача - 1000 000 рублей. .
Выхода у новой власти не было. Последовал приказ об ограничении выдачи денег со вкладов до 150 рублей на одного вкладчика в неделю .
Городской бюджет обнулился. Поступлений ожидать было не откуда. Исполком предъявил в государственный банк требование на выдачу 750 000 руб. на нужды городского самоуправления под векселя назначенных советом для заведования городским хозяйством комиссаров: Мгеладзе, Богдановой, Романенко и др. Отказ о выдаче послужил поводом к подчинению руководства банка вновь назначенному комиссару, который и взял ответственность на изъятие денег на себя .
Предстояло организовать работу всех государственных служащих. Исполком совета пригласил 17 ноября работников всех общественных и государственных учреждений на собрание в зал Консерватории для обсуждения планов дальнейшей работы. Однако служащие городской управы решили не ходить. Более того создать фонд для поддержки борьбы с большевиками в размере 1 процента от жалования, с перспективой повышения взноса до однодневного заработка .
Городские государственные и общественные служащие организовали свой митинг 21 ноября в городском театре. Многочисленную толпу здание театра не могло вместить, и собрание проходило на открытом воздухе перед зданием театра. Выступали представители демократических партий. Пришедшим представителям большевистского исполкома была устроена обструкция .
19 ноября состоялось собрание врачей г. Саратова, где обсуждались вопросы о выступлении большевиков. В частности бурно обсуждалось активное участие в событиях двух врачей Гинзберга и Мицкевича, которым было выражено «полное осуждение и порицание», и прозвучал призыв «прервать с ними всякое товарищеское общение» .
Серьезной проблемой для новой власти стал всплеск преступности связанный, как с разоружением существовавшей милиции, так и с началом массовых обысков и реквизиций. Уже 9 ноября уголовно-розыскной милиции приказывают совместно с красной гвардией задержать лиц известных, как профессиональных воров . К тому времени около шести тысяч солдат из гарнизона разошлись по домам . Вооруженная опора большевиков – красногвардейцы знаков отличий не имели. И под видом «красногвардейцев» по городу ходили выпущенные из тюрьмы уголовные преступники, заходили в дома, учиняли обыски, грабили по ночам прохожих .
Исполком вынес решение, в котором говорилось, что воры, грабители, убийцы, будут расстреливаться на месте преступления. Красногвардейцы не церемонились с наиболее наглыми нарушителями революционного порядка . Задержанных преступников зачастую расстреливали прямо в центре города во дворах служебных зданий , или даже на улицах «при попытке к бегству» .
Уже в первую неделю новой власти в Саратове, защищаясь от грабежей и хулиганства, население создает самоохрану, путем назначения из жильцов домов дежурных по часам в течение всей ночи . Большевикам пришлось использовать народную инициативу и даже приписать себе её организацию, дабы избежать признания своей недееспособности . 8-го декабря исполком постановил произвести выборы квартальных старост. Это означало попытку установления контроля над общественной организацией. Официально самоохрана начала функционировать под крылом большевиков с 22 декабря, более, чем через полтора месяца после её фактического появления .
Другой стихийной реакцией населения на разгул преступности и беззакония власти стали самосуды над пойманными преступникам, которых убивала на улицах разъяренная толпа. Бороться с этим не было никакой возможности, кроме чтения лекций-бесед . Дневники и воспоминания пестрят описаниями таких диких фактов .
В связи с невозможностью в сложившихся условиях соблюдать какие-либо юридические нормы встал вопрос о принятии действиям власти неких нормативов. Члены исполкома были категорически против приглашения юристов-стариков, считая, что они не смогут адаптироваться к новому праву. Выходом признали привлечение судей из рабочих и крестьян . Из них предполагалось создать временный суд, который возьмет в основу закон революции . В исполкоме были и иные мнения. Было высказано, что на суде должны присутствовать лица, получившие юридическое образование для разбора уголовных дел. Однако и здесь признали, что в новых судах старому уголовному уложению нечего будет делать. Примером посчитали народные суды у абхазов, где дела разбирались на выборных началах народом .
Вскоре из центра пришел декрет об упразднении всей судебной системы . Новый революционный суд был впоследствии назван революционным трибуналом . Он, по сути, являлся судом присяжных для рассмотрения, как уголовных, так и гражданских дел. Общим собранием судей из числа членов Совета и по жребию назначаются присяжные заседатели, которые назначались на неделю. Присяжные заседатели решали дела по совести большинством голосов. Судья в решении дел участия не принимал .
9 декабря состоялось первое заседание временного революционного суда. Разбиралось дело служащих Крестьянского банка, к которым за их действия был применен новый термин - «враги народа» .
10 ноября состоялось заседание Городской Думы, которую официально никто не распускал. Присутствовали почти все фракции почти в полном составе, налицо много представителей демократических организаций. Пришедшим большевикам слова не предоставили .
С самого начала большевики обосновывали свои действия именем народа. Одно из первых крупных политических решений губернского совета было принято в следующей формулировке: «Рабочие, солдаты и городская беднота настойчиво потребовали роспуска противонародной думы. Исполнительный комитет, выполняя определенно выраженную волю трудящегося большинства, постановил распустить Саратовскую городскую думу и её исполнительный орган – управу» . Формальной причиной стало обращение думы к населению, вызванное захватом банков. Гласные понимали, что контроль, установленный над банками, приведет к отъему денег, как у юридических, так и у физических лиц.
25 ноября в здание управы пришли руководители исполкома в сопровождении красногвардейцев и распустили городскую думу. Ночью того же дня в квартирах многих гласных были проведены обыски и аресты . На обращение прокурора саратовского окружного суда к начальнику тюрьмы освободить гласных, арестованных без постановления уполномоченных на то лиц, последовал ответ, что они должны оставаться в тюрьме впредь до особого распоряжения от Исполнительного Комитета .
В исполкоме к тому времени возникает дискуссия, кто и как должен производить аресты. Власть признает наличие недоразумений, потому, что приходилось действовать скоро, следуя моменту. Кандидатов на арест выбирали «на основании указания людей, пользующихся безусловным доверием» . При этом аресты большей частью совершались без предъявления обвинения, и заключенные совершенно не знали, за что их держат в тюрьме .
1 декабря в знак протеста против незаконного роспуска Городской Думы служащие во всех правительственных и общественных учреждениях объявили однодневную забастовку. В городе были произведены обыски во всех бастующих учреждениях, отряды красногвардейцев пытались арестовать организаторов забастовки . Аресты продолжались два дня . Исполком выпустил воззвание к бастующим служащим, в котором звучали угрозы, что по отношению к ним будут действовать беспощадно, лишать пенсии и т.д .
А так же увольнять тех служащих, которых он найдет необходимым уволить в интересах дела . Задачу большевиков в тот период сформулировал В.П. Антонов в своих воспоминаниях: «нужно было выбить из привычных ячеек чиновников и, перетасовав их, взяв в иных соотношениях, построить, увы! — пока из них же, другой, приспособленный к нашим интересам аппарат. … нужно разбить государственную машину на случай поражения, чтобы победители не смогли сразу воспользоваться готовым аппаратом» .
Среди бастовавших служащих особую озабоченность у большевиков вызывала почтово-телеграфные служащие, поскольку под угрозой оказался единственный вид связи – телефон и телеграф. Выяснилось, что перед началом забастовки работники телеграфа разрушили телеграфную связь. В ответ, вечером первого декабря в цен¬тральную почтово-телеграфную контору был введен вооруженный отряд. Посланные комиссары имели широкие полномочия — с правом ареста и привода под конвоем нужных служащих .
К забастовке центральной почты и телеграфа присоединились все городские отделения. Соответственно, 4 ноября были арестованы и заключены в губернскую тюрьму 12 почтово-телеграфных служащих по обвинению в забастовке и отказе признать власть Совета .
Уже 13 декабря было начато формирование нового штата служащих. Были произведены аресты бастующих руководящих работников за отказ выдать ключи и приступить к работе .
На этом противостояние с властью не закончилось. Союз почтово-телеграфных служащих по саратовскому округу, предъявил местному исполнительному комитету совета рабочих и солдатских депутатов ультиматум с требованием прекращения репрессий в отношении почтово-телеграфных служащих. В противном случае, союз принужден будет объявить в ближайшие дни забастовку по всему Саратовскому округу, в который, входил целый ряд губерний .
Ответ власти был жестким: «Всем чиновникам и служащим Управления Саратовского почтово-телеграфного округа предлагается явиться и вступить немедленно, и не позднее 23 декабря с.г., к выполнению всех служебных обязанностей. Не желающие служить, обязаны явиться в Управление и сдать казенное имущество, дела и книги от складов, шкафов и столов заведующему Управлением округа. Не исполнение сего распоряжения повлечет к принятию суровых мер» . И чуть позже: «Все забастовавшие почтово-телеграфные служащие, уволены от службы 1-го декабря. За получением документов имеют явиться в Управление почтово-телеграфного округа» .
В то же время: «все желающие занять посты в Почтово-Телеграфных учреждениях г. Саратова, приглашаются для этой цели к комиссару почт и телеграфа г. Саратова» .
Через две недели вновь: «Всем бастующим чиновникам предложено или вступить на работу или сдать все дела. За последнее время прекратили забастовку на почте около 300 человек . И лишь через 50 дней после начала забастовки власть смогла констатировать, что она ликвидирована. Обратно было не принято 69 человек, признанных явными врагами советской власти .
Для обеспечения жизнедеятельности губернии было важно подчинить так же и железную дорогу. Губисполком, как и при захвате банков, 2 января направил в управление Рязано-Уральской железной дороги вооруженный отряд красногвардейцев. Часть руководителей Управления дороги, как сообщили в газетах «в целях демократизации», были арестованы и заключены в Губернскую тюрьму . Работников пригласили на собрание в зал консерватории, куда явились представители большевиков . Дорога была объявлена национальной собственностью, а её управление было обещано реорганизовать на началах коллегиальности . В знак протеста 960 сотрудников управления из числа полутора тысяч высказались за забастовку. 5 января на службу в управление железной дороги из 599 высказавшихся против забастовки явились всего около 100 человек; остальные заявили, что, хотя они и против забастовки, но подчиняются решению большинства . Тем не менее, 17 января большинство служащих приступило к работе, подчиняясь комиссару, присланному от большевиков .
Вслед за роспуском городской думы встал вопрос о закрытии независимых газет. Члены исполкома понимали, что это создаст им много врагов. Но решили, что от свободы буржуазной печати вреда будет больше, со ссылкой на настроение рабочих и солдат .
И 29 ноября впредь до особого распоряжения были закрыты: «Саратовской Вестник», «Саратовский Листок» и «Саратовская Почта» . Очевидцы замечают, что на следующий день московские газеты продавались по 2 рубля за экземпляр .
Газеты социалистических партий, ставших оппозиционными, были закрыты месяц спустя, причем постановления сопровождались визитами красногвардейцев в редакции и типографии газет . К новому 1918 году оппозиция уже не имела доступа к печати.
Поскольку 80 процентов населения губернии проживало на селе, в числе первых действий губернского совета был призыв к захвату земель крестьянами. К организованному захвату, и распоряжению захваченной землей вместе с Советами .
Декрет о земле был практически слово в слово списан из программы эсеров, которые среди крестьян имели, безусловно, большую популярность, чем большевики. Эсеры, сразу после переворота старались обратить внимание крестьян о несоответствии лозунга отмены частной собственности, с обещанием отдать землю крестьянам .
В губернии существовал совет крестьянских депутатов с эсеровским большинством, избравший исполнительный комитет на своем съезде в сентябре, на котором присутствовало 680 депутатов от большинства волостей губернии. Съезд назначил кандидатов в Учредительное собрание от партии эсеров, которые собрали более двух третей голосов крестьянства губернии.
22-24 ноября эсерами был созван новый губернский съезд. Исполнительный комитет совета крестьянских депутатов, на котором обратился к совету солдатских и рабочих депутатов с письмом, предлагая назначить время и место для переговоров. Но большевики ответили молчанием - делить власть на селе они не собирались . Ими был выбран другой путь - создание «своих» альтернативных советов.
Исполком губернского совета рабочих и солдатских депутатов (большевистский) проводит свой губернский крестьянский съезд уже через неделю, 30 ноября. Делегаты были созваны с помощью 300 представителей солдат местного гарнизона , которых снабдили бесплатными земскими лошадьми и выдали по 200 руб. командировочных. Агитаторы смогли привести около 200 делегатов от 70-80 волостей, главным образом Саратовского, Аткарского и Балашовского уездов, от остальных уездов приехали представители одной-двух волостей. Этот бутафорский съезд, тем не менее, был посчитан легитимным .
Съезд выбрал новый Исполнительный комитет, который совместно с Советом солдатских и рабочих депутатов стал управлять губернией . С этого момента губернский совет стал именоваться как совет рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, в котором была выделена крестьянская секция.
На следующий день в типографию эсеровских «Известий Совета Крестьянских депутатов» явился наряд солдат, и газета была закрыта. А 4 декабря в помещении исполнительного комитета совета крестьянских депутатов (эсеровских) появились вооруженные люди с приказом «всем членам бывшего Губернского исполнительного комитета совета крестьянских депутатов немедленно явиться в помещение Консерватории для сдачи и отчета перед вновь избранным Исполнительным Комитетом». Влияние эсеров на крестьян стало вне закона.
Если в эсеровских советах опора была на авторитетных и успешных крестьян, то большевистский совет сразу же декларировал опору на деревенскую бедноту. Впереди предстояло изъятие хлеба по фиксированным, убыточным в условиях инфляции, ценам. В.П. Антонов уже тогда сформулировал цель создания новых советов на селе: «опираясь на голодающих, которые обнаружат хлеб у кулаков, мы достанем хлеб, чтобы разделить его с этими голодающими» .
С первых дней советской власти на селе начался передел земель и разгром имущества зажиточных хозяев. Прокурору Саратовского окружного суда поступали жалобы, которые ярко рисуют картину раздора между крестьянами отрубщиками и сельскими обществами. Крестьяне после объявления «декретов» о взятии на «учет» частновладельческих земель, производили просто грабежи. Корреспонденты описывают последствия «учета имений». «Дом его стоит без окон, вынуты и унесены полы, печи разломаны, трубы сняты, железо с крыш поднято, тес сорван и унесен, оставшаяся обстановка и имущество расхищены, колодец и погреб завалены, оставшиеся надворные постройки разобраны до основания и унесены … озимые вытоптаны дочерна скотом по приказу сельского комитета. Бежавшие из поселка отрубщики остались буквально нищими, без крова, одежды и хлеба» .
1 ноября волостной комиссар села Старого Чирчима совместно с милицией в числе 3 человек и «граждан» того же села в числе 55 человек отобрали у крестьянина Скорлупкина весь хлеб, скот, все корма, дрова, лес, сеялки, бороны, тележки, и все другие хозяйственные вещи. Часть имущества увезли на подводах, а часть растащили. Взята была даже одежда и белье. Все это было поделено между участниками погрома .
В Аткарском уезде крестьяне во главе с местным сельским старостой, без всякого извещения крестьянина д. Щербиновка А.С. Попова приступили к «учету» принадлежащего ему имения. «Учет» этот выразился в том, что были разогнаны и частью арестованы служащие имения, отобраны у приказчиков ключи от всех амбаров и помещений. Лошади же, рогатый скот, инвентарь и др. вещи предназначены к продаже .
Остановить это на селе было некому. Очевидно, новой власти было выгодно, чтобы крестьяне не без выгоды для себя почувствовали наступление нового времени. В.П. Антонов пишет в своих воспоминаниях: «Мужики после расправы возвращались довольные, глубоко убежденные, что «ежели помещик одолеет, как в пятом году, то все одно - ничего не получит». Массовому разгрому подверглись дома земских начальников, камеры судей, избы урядников и прочей полицейской охраны» .
Позднее, часть разграбленных крестьян пыталась обратиться к новой власти с просьбой о привлечении обидчиков к законной ответственности. Власть попала в двусмысленное положение, поскольку их опорой на селе и были бедняки, осуществлявшие эти грабежи. Приведем резолюцию нового правосудия на одном из таких дел: «означенное деяние произошло в революционный период и его следует рассматривать как происшедшее на почве земельных отношений. Дело производством прекратить».
Ежедневно, день и ночь, шли повальные обыски. Оцеплялись целые кварталы, и у перепуганных граждан отбирали не только все более или менее ценное, но и случайный куль картошки или пуд муки . Искали «излишки» продуктов и товаров, размер и номенклатура которых постоянно менялись . Целью обысков было равномерное распределение продуктов по всему населению.
Предлагалось производить обыски при дневном свете, с 8 часов утра до 5 часов вечера . Зачастую ордера давались с формулировкой «командируется во все места города для проведения обысков и реквизиции найденного» . Основаниями для обысков зачастую служили слухи . Были и целевые облавы – например, на спекулянтов, продававших калоши, поскольку все получаемые в Саратове калоши распределялись централизовано .
В декабре дефицит хлеба стал ощущаться все сильней. Жители вставали в очередь в 5 утра, чтобы в 7.30 получить булку хлеба . Сокращать паёк в канун нового года большевики не хотели. Решили приняты меры для производства повальных обысков, которые начали с 31 декабря . Муки разрешили оставляться по 5 пудов на человека, а остальную реквизировать по твердым ценам. Свыше тысячи солдат гарнизона, вся красная гвардия и почти все члены Совета приняли в этом обследовании участие. Результаты оказались неплохими, но не настолько, чтобы прокормить город в течение хотя бы месячного промежутка. В предновогодний вечер саратовцы получили памятный подарок от новой власти – визиты людей в шинелях, которые шмонали их кладовки.
После этого ничего уже не оставалось делать, как снаряжать вооруженные экспедиции в деревню за хлебом . Многочисленные ходоки от бедноты советовали именно этот путь изъятия хлеба у кулаков. Причем, они обещали помощь со стороны бедняков деревни, если тем перепадет известная толика из обнаруженных у кулаков запасов .
Отряды солдат поехали в село в поисках запасов зерна . Где-то бедноте самой удавалось «при помощи более решительных мер» отобрать хлеб у кулаков . А где-то обращались в губисполком за помощью .
Толпы «мешочников» поехали в заготовительные губернии для покупки хлеба по «договорным» ценам. Крестьяне производящих губерний, естественно, предпочитали продавать хлеб таким покупателям, чем сдавать его продовольственным органам по твердой цене. Тем более, что при тогдашнем политическом положении вольная продажа хлеба фактически была не наказуема .
По всей стране, почувствовавшей свободу от закона, пронеслись винные погромы с участием солдат. Повальное пьянство распространилось и по всей Саратовской губернии, а на этой почве участились грабежи. Петровский гарнизон разгромил склад, где находилось 87 тыс. ведер спирта и 17 тыс. ведер вина, и начал распределять алкоголь между солдатами и продавать его населению.
Посланный губернским исполкомом из Саратова отряд для наведения порядка перепился. Власть в городе фактически принадлежала городской думе. Думцы искали большевиков, часть которых уехала, другая работала подпольно . 24 ноября в Петровске и его окрестностях на 40 верст было введено военное положение. Туда был отправлен ещё один отряд с проверенным командиром коммунистом, которому удалось навести в городе порядок .
Хранение спирта стало проблемой , что заставило власть в некоторых случаях выливать спирт в Волгу .
До октябрьских событий правительство приняло решение поднять цену на сахар в четыре раза и, соответственно, акциз на него. Городская управа уплатила акциз за поставленный на ноябрь сахарный песок и начала продажу по новой цене. Среди жителей начались протесты . Новой власти в начале своей экономической деятельности это было невыгодно, и с 16 ноября «в интересах трудящихся масс» цена на сахар была возвращена к до октябрьской . В результате продовольственная управа понесла убыток в 70 тыс. руб. Очевидно, это было первым действием большевиков, в котором политические соображения доминировали над экономической целесообразностью.
Перед рождеством, когда по старой традиции выдавалось жалование государственным служащим в саратовских банках дефицит наличных денег достиг критического уровня. Банки опустели, денежные знаки были исчерпаны, новые вклады не поступали. В местной кассе Государственного банка на 20 декабря оставалось наличности 65 000 рублей. А новые вклады не поступали из-за потери доверия к банкам .
Комиссару финансов в столицу отправляется депеша о том, что «имеется острая необходимость подкрепления в размере 30-40 миллионов. Подкрепление должно быть выслано с экстренным поездом, иначе грозит кризис и забастовка железнодорожников, которым немедленно нужно платить до семи миллионов рублей» .
В столицу с чемоданчиком поехал член исполкома Агеев, который привез 1,3 млн. рублей из просимых 10 млн. 8,7 млн. центр выслал почтовым вагоном. Однако, поскольку почта бастовала, баул с этими деньгами был переправлен в Тамбов, где почтовые отделения работали . Деньги с небольшим опозданием нашлись, но на голову почтовых служащих посыпались проклятия .
Было постановлено, что впредь все суммы предприятий, как приходные, так и расходные, должны проходить через контроль рабочей руки .
«А между тем денег на руках у публики масса. Театры по-прежнему делают бешеные сборы – какие бы цены ни назначались. Даже у мальчиков масса денег. Процветает и карточная игра, причём деньги бросают как сор...» . По городу расклеивались листовки: «Принимая во внимание, что спекуляция, мародёрство, хищничество, азартные денежные игры достигли нетерпимых размеров, Исполнительный комитет постановил, что лица, виновные в этих преступлениях, будут немедленно арестовываться и препровождаться в тюрьму впредь до предания Военно-Революционному суду» .
Понимая, что у населения на руках есть значительные средства, исполком вызвал к себе видных представителей промышленного класса, которым предложил подготовить совещание биржевого комитета по вопросу о быстрейшей и удобнейшей реализации единовременного прогрессивного налога с валового дохода .
22 декабря состоялось экстренное общее собрание биржевиков в зале консерватории, для обсуждения предложения саратовского исполнительного комитета совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов об уплате налога, устанавливаемого с имущих лиц . Собрание постановило: дать требуемую сумму, но при условии: газеты должны быть открыты, городская дума – восстановлена в своих правах, арестованные – освобождены, контроль с банков – снят . Кроме того, расходование собранных сумм по их требованию должно было подлежать публичной отчетности .
В связи с фактическим отказом дать исполкому денег исполком решил арестовать крупных капиталистов. В первых числах января по ночам шли аресты промышленников и купцов, большинство из которых, однако, успело скрыться .
Рабочий контроль отныне принимал решения обязательные для владельцев предприятий. Коммерческая тайна отменялась, владельцы стали обязаны предъявлять рабочему контролю все книги и отчеты за текущий год, а также и за прошлые отчетные годы . Благодаря участию в финансах предприятий, среди сторонников большевиков уже на этом этапе революции начинают выявляться корыстные и нечистоплотные деятели, занимавшие должности на различных уровнях власти .
В декабре был открыт новый комиссариат – жилищный, который начал руководить учетом и распределением квартир между всеми нуждающимися гражданами города . С 1 января 1918 года были отменены права частной собственности на все домовладения, расположенные в пределах города Саратова. Когда вводился декрет об отмене частной собственности на городские домовладения, возникли споры о том, с какой стоимости отчуждать дома. Оказалось, что под отчуждение попали дома бедноты. Постановили повысить нижнюю стоимость отчуждаемых домов .
За бывшими собственником домов оставляется право пользования занимаемыми ими в их домах квартирами. При этом они стали обязаны уплачивать за занимаемую ими квартиру наемную плату, если ее размер был больше установленных норм. Нанимателям всякого рода помещений воспрещается с 1 января 1918 года вносить плату домовладельцам. Теперь платить нужно было большевикам .
Сторонники Учредительного собрания решили провести 17 декабря на Театральной площади демонстрацию . Исполнительный комитет в ответ решил назначить в тот же день вооруженную демонстрацию солдат и рабочих. «Пускай знают враги народа, что власть Совета сильна и едина, и пусть они увидят стройные ряды солдат и рабочих» .
Следующая демонстрация сторонников учредительного собрания была назначена на 31 декабря в 12 час. дня, на Театральной площади. Листовки были выпущены меньшевиками . На площади собрались представители различных политических и профессиональных организаций и просто публика. Красные знамёна. С балкона театра – речи. Вскоре к манифестантам двинулась толпа солдат и прочего люда, человек около ста, с криком, гиком, с очевидной целью сорвать манифестацию. Демонстранты во избежание эксцессов двинулись по Московской в сторону почтамта, подойдя к которому, манифестанты увидели стоявших поперёк улицы вооружённых солдат. Подпустив манифестантов шагов на сто, они дали залп. Потом ещё и ещё... .
Число жертв расстрела мирной демонстрации точно неизвестно. Девять гробов с жертвами событий 31 декабря были похоронены публично. Но некоторых ранее похоронили родные .
Во вновь избранном совете, в который уже вошли меньшевики был поднят вопрос о поиске и наказании убийц демонстрантов. Была создана следственная комиссия, которая призвала всех товарищей и граждан, могущих по этому делу дать какие-либо показания, явиться по указанному адресу . Как и многие комиссии, созданные позднее большевиками для поисков истины, эта комиссия так и не смогла установить виновников трагедии.
Надежды, что в стране могут пройти демократические преобразования таяли с каждым днем. 20-го декабря были проведены выборы губернский совет. Меньшевики приняли решение участвовать в этих выборах с целью вхождения своей фракции и использования советской трибуны , эсеры так же включились в борьбу за места в совете .
Но на первом заседании совета 4 созыва было прямо высказано нежелание большевиков видеть рядом с собой политических конкурентов. «Партиям контрреволюционного заговора не должно быть места ни в нашем президиуме, ни в Исполнительном Комитете, ни, в Совете Рабочих, Солдатских и Крестьянских депутатов» .
9 января в саратовских газетах было сообщено об открытии Учредительного Собрания . Подробности обещали написать завтра, и 10-го в городе узнали подробности: матрос Железняк распустил депутатов, не желавших признать власть советов. Большевики ясно указали, что делить власть ни с кем не намерены.
Таким образом, победы большевиков первых месяцев после октябрьских событий основывались исключительно на насилии. Появление лидеров восстания в сопровождении вооруженных отрядов в том или ином учреждении приводило к замене руководства и подчинении сотрудников угрозами материальных потерь. Население и оппозиция надеялись, что учредительное собрание остановит ущемления демократических ценностей новой властью. Поэтому протесты носили исключительно мирные формы: забастовки и демонстрации.
Но нужно признать, что и у взявшего власть совета положение было крайне не простым. Их политическая платформа побудила население забрать деньги из банков и спрятать их в «кубышки». Платить налоги самозванцам никто не спешил. Соответственно, средств на создание и содержание советских структур почти не было. Забастовки государственных служащих вели к дезорганизации общества. Естественное желание крестьян придержать продукты, при ограничении цен на них вели к дефициту продовольствия. А активизация всех уголовных элементов, неизбежная при ослаблении власти, привносила ощущение хаоса. Население плохо понимало, кто лишает его имущества власть или преступники. Завоевать симпатии населения можно было только решительными действиями. Не взирая ни на что. Нужно было ущемить богатых и за этот счет улучшить положение бедных. Задача не легкая, но, как мы увидим посильная.

версия для печати


Поиск по сайту:  

10 декабря 2016 (135 дней 1 час назад)

Октябрьская революция в неизданных документах. Хроника событий в Саратовской губернии 28 октября 1917 г. - 15 января 1918 г.

В годовщину советской власти, лидер саратовских коммунистов В.П. Антонов признал, что в Саратове с более чем 300 тысячным населением крупной буржуазии было не более 20 тысяч, а рабочих и служащих до 60 тысяч. Все остальное население принадлежало к средней и мелкой буржуазии с мелкособственнической психологией. И лишь незначительная часть фабрично-заводских рабочих, не имевших никакой собственности, представляла пролетариат, преданный революции .
Таким образом, при населении губернии 3,29 млн. человек (в 1913 г.) . большевики могли уверенно рассчитывать на активную поддержку небольшого процента населения. В самом же перевороте с оружием в руках участвовало около пяти тысяч человек (чуть более 0,1% населения). Решительность большевиков не может не вызывать уважения, так как в губернии находилось около ста тысяч военных, из которых только в Саратове было более пятидесяти тысяч.
Переворот прошел в Саратове быстро и фактически бескровно. Здание городской думы обороняло пару-тройку сотен человек, которые были окружены солдатами гарнизона и рабочими, которых было раз в десять больше.
Со стороны законной власти был убит один юнкер, со стороны восставших было несколько легкораненых. Арестованные гимназисты, защитники думы были освобождены в тот же день, гласные думы через два дня, а юнкера были задержаны до снятия угрозы вмешательства казачьих частей .
Утро 29 октября Саратов встретил с новым органом власти – Советом рабочих и солдатских депутатов, в котором кроме большевиков были только левые эсеры. Остальные партии накануне покинули совет, протестуя против захвата власти перед выборами в Учредительное собрание, которое должно было объединить все политические силы России.
В уездах в течение первого месяца после переворота советы взяли власть в свои руки лишь в незначительной части Саратовской губернии, так как в ряде уездов большевики просто не имели своих ячеек.
В Покровске на заседание Думы 11 ноября явился революционный комиссар большевиков Гнездило, который предложил принять в Думу представителя революционного штаба для контроля за действиями городского самоуправления .
В Камышине 10 ноября был разгромлен винный склад, вследствие чего выборы в учредительное собрание отменены . Большевики взяли власть только после приезда из Саратова 15 ноября отряда, вооруженного пулеметами .
В Аткарске к 15 ноября совет объявили властью, но фактически он властью не обладал. Все учреждения работали без контроля. Комиссар временного правительства оставался у власти .
В Балаково 10 ноября для борьбы с анархией революционный (антибольшевистский) комитет, во главе с городским головой берёт власть в свои руки и направляет все усилия к сохранению порядка и спокойствия в городе.
В Вольске большевики власть не брали. Комиссар временного правительства не смещен. Действует комитет общественной безопасности .
В Петровске на 22 ноября полная дезорганизованность в гарнизоне надежда установить власть советов малая .
В Балашове казаки в городе пьянствуют, солдат всех обезоружили. Балашовцы просят у Саратова помощи .
В Кузнецке на 23 ноября совета нет. Разгромлен винный склад, что вызвало образование пьяных банд, приступивших к разгрому торгово-промышленных предприятий. В городе паника, и восстановить порядок некому .
В Хвалынске первый уездный съезд Советов состоялся лишь 25 декабря 1917. Съезд обсудил вопрос о текущем моменте и организации Советской власти, избрал уездный Исполнительный комитет .
В Саратове три дня после переворота не работали магазины, банки и присутственные места. Из газет выходили только большевистские «Социал-Демократ» да «Известия Совета Рабочих и Солдатских депутатов. Среди населения гуляли чудовищные слухи и нелепые сплетни .
Из центра пришла директива принять самые энергичные меры к недопущению контрреволюционных выступлений, «антиеврейских» и каких бы то ни было погромов .
И меры были приняты. На второй день существования новой власти член исполкома Лебедев возмущается происходящей облавой на офицеров. На что, председатель исполкома В.П. Антонов отвечает, что пока её прекращать нецелесообразно . Спустя неделю тот же Лебедев возмущается хаотичностью в производстве арестов и реквизиций. По его словам: «Кому не лень, тот арестовывает и реквизирует» . Ему возражают, обосновывая целесообразность массовых арестов необходимостью «привести в пассивное состояние всех лиц, действующих против Совета» .
В числе первых актов советской власти был декрет о печати, который положил начало запрета на свободу слова. В нем было обещано, что «как только новый порядок упрочится, для печати будет установлена полная свобода в пределах ответственности перед судом, согласно самому широкому и прогрессивному в этом отношении закону» .
Информационный вакуум заполняли митингами, где вожди большевиков указывали на врагов революции и раздавали авансы в решении текущих проблем. Безусловные противники в лице представителей свергнутой власти были понятны. Теперь же врагами стали и бывшие коллеги по советам - меньшевики и эсеры. Среди обещаний главным было гарантированное обеспечение население хлебом и сахаром. Лейтмотивом митингов звучали призывы к «охоте на буржуев», конфискации всех их ценностей, домов, предприятий, магазинов и прочей собственности .
В категорию «буржуев» попадали все более или менее обеспеченные люди. В дневниках интеллигенции читаем: «какая-то вооружённая банда оборванцев произвела обыск без предъявления ордера» , «обыск производился грубо ».
Ордера выдавались на обыски в квартирах и зданиях , либо поручалось найти нечто, необходимое для нужд новой власти . Основанием для обысков могли служили доносы , которые подавались, как долг честных граждан . Искали оружие и «излишки» продуктов или иных товаров. Поскольку отныне продажа товаров требовала письменного разрешения, то при его отсутствии обнаруженные где-либо товары реквизировались .
Крупные магазины предварительно опечатывали и ставили вооруженную охрану, описанные товары увозились на склады Губпродкома . Коммерческие грузы изымались со складов и транспортных средств . Исполком на ходу принимал решения, по которым, например, грузы, не востребованные хозяевами в 3-дневный срок, подлежали реквизиции .
Право на обыски и реквизиции ничем не регламентировались и порождали самостоятельность деятелей новой власти разных уровней , что давало почву для разгула преступности.
12 ноября состоялись, назначенные ранее, выборы в учредительное собрание. В голосовании приняло участие около сорока процентов граждан, что говорит о невысокой политической активность населения в сложившейся ситуации .
По г. Саратову, большевики получили менее трети голосов. Треть досталась прочим социалистическим партиям и оставшаяся треть либеральным демократам . Правда через десять дней результаты «уточнили» и сторонников большевиков стало на 5% больше. Но вот голосование в деревне, в которой проживало 80% населения, оказалось менее выигрышным для большевиков: чуть больше четверти голосов против 56% у эсеров. В результате в учредительное собрание от губернии прошли 11 эсеровских и 4 большевистских кандидата .
Экономическая жизнь города за первые две недели советской власти начала быстро замирать. Одной из причин стал банковский кризис. Призыв «грабь награбленное» вызвал паническое изъятие вкладов из банков и выведение денег со счетов. Городской голова констатировал, что из саратовских банков было взято обратно до 15 тысяч вкладов . Платежная система фактически перестала работать.
16 ноября Исполнительный комитет обратился в Государственный банк с предложением выдать 2000 руб. на удовлетворение служащих Исполнительного Комитета . Последовал отказ и 18 ноября исполком совета приказал Т. Хвесину и С. Ковылкину ввести контроль над всеми банками города и выяснить запасы наличных денег .
Утром в государственный банк и все коммерческие банки явились отряды вооруженных солдат и красногвардейцев. Был арестован управляющий госбанком Якимов. Захватчики потребовали от служащих сдать все ценности банков «на учет» .
Панические настроения от этого действия только усилились. В результате 20 ноября, впервые за все время существования государственного банка приход составил 4000 руб., а выдача - 1000 000 рублей. .
Выхода у новой власти не было. Последовал приказ об ограничении выдачи денег со вкладов до 150 рублей на одного вкладчика в неделю .
Городской бюджет обнулился. Поступлений ожидать было не откуда. Исполком предъявил в государственный банк требование на выдачу 750 000 руб. на нужды городского самоуправления под векселя назначенных советом для заведования городским хозяйством комиссаров: Мгеладзе, Богдановой, Романенко и др. Отказ о выдаче послужил поводом к подчинению руководства банка вновь назначенному комиссару, который и взял ответственность на изъятие денег на себя .
Предстояло организовать работу всех государственных служащих. Исполком совета пригласил 17 ноября работников всех общественных и государственных учреждений на собрание в зал Консерватории для обсуждения планов дальнейшей работы. Однако служащие городской управы решили не ходить. Более того создать фонд для поддержки борьбы с большевиками в размере 1 процента от жалования, с перспективой повышения взноса до однодневного заработка .
Городские государственные и общественные служащие организовали свой митинг 21 ноября в городском театре. Многочисленную толпу здание театра не могло вместить, и собрание проходило на открытом воздухе перед зданием театра. Выступали представители демократических партий. Пришедшим представителям большевистского исполкома была устроена обструкция .
19 ноября состоялось собрание врачей г. Саратова, где обсуждались вопросы о выступлении большевиков. В частности бурно обсуждалось активное участие в событиях двух врачей Гинзберга и Мицкевича, которым было выражено «полное осуждение и порицание», и прозвучал призыв «прервать с ними всякое товарищеское общение» .
Серьезной проблемой для новой власти стал всплеск преступности связанный, как с разоружением существовавшей милиции, так и с началом массовых обысков и реквизиций. Уже 9 ноября уголовно-розыскной милиции приказывают совместно с красной гвардией задержать лиц известных, как профессиональных воров . К тому времени около шести тысяч солдат из гарнизона разошлись по домам . Вооруженная опора большевиков – красногвардейцы знаков отличий не имели. И под видом «красногвардейцев» по городу ходили выпущенные из тюрьмы уголовные преступники, заходили в дома, учиняли обыски, грабили по ночам прохожих .
Исполком вынес решение, в котором говорилось, что воры, грабители, убийцы, будут расстреливаться на месте преступления. Красногвардейцы не церемонились с наиболее наглыми нарушителями революционного порядка . Задержанных преступников зачастую расстреливали прямо в центре города во дворах служебных зданий , или даже на улицах «при попытке к бегству» .
Уже в первую неделю новой власти в Саратове, защищаясь от грабежей и хулиганства, население создает самоохрану, путем назначения из жильцов домов дежурных по часам в течение всей ночи . Большевикам пришлось использовать народную инициативу и даже приписать себе её организацию, дабы избежать признания своей недееспособности . 8-го декабря исполком постановил произвести выборы квартальных старост. Это означало попытку установления контроля над общественной организацией. Официально самоохрана начала функционировать под крылом большевиков с 22 декабря, более, чем через полтора месяца после её фактического появления .
Другой стихийной реакцией населения на разгул преступности и беззакония власти стали самосуды над пойманными преступникам, которых убивала на улицах разъяренная толпа. Бороться с этим не было никакой возможности, кроме чтения лекций-бесед . Дневники и воспоминания пестрят описаниями таких диких фактов .
В связи с невозможностью в сложившихся условиях соблюдать какие-либо юридические нормы встал вопрос о принятии действиям власти неких нормативов. Члены исполкома были категорически против приглашения юристов-стариков, считая, что они не смогут адаптироваться к новому праву. Выходом признали привлечение судей из рабочих и крестьян . Из них предполагалось создать временный суд, который возьмет в основу закон революции . В исполкоме были и иные мнения. Было высказано, что на суде должны присутствовать лица, получившие юридическое образование для разбора уголовных дел. Однако и здесь признали, что в новых судах старому уголовному уложению нечего будет делать. Примером посчитали народные суды у абхазов, где дела разбирались на выборных началах народом .
Вскоре из центра пришел декрет об упразднении всей судебной системы . Новый революционный суд был впоследствии назван революционным трибуналом . Он, по сути, являлся судом присяжных для рассмотрения, как уголовных, так и гражданских дел. Общим собранием судей из числа членов Совета и по жребию назначаются присяжные заседатели, которые назначались на неделю. Присяжные заседатели решали дела по совести большинством голосов. Судья в решении дел участия не принимал .
9 декабря состоялось первое заседание временного революционного суда. Разбиралось дело служащих Крестьянского банка, к которым за их действия был применен новый термин - «враги народа» .
10 ноября состоялось заседание Городской Думы, которую официально никто не распускал. Присутствовали почти все фракции почти в полном составе, налицо много представителей демократических организаций. Пришедшим большевикам слова не предоставили .
С самого начала большевики обосновывали свои действия именем народа. Одно из первых крупных политических решений губернского совета было принято в следующей формулировке: «Рабочие, солдаты и городская беднота настойчиво потребовали роспуска противонародной думы. Исполнительный комитет, выполняя определенно выраженную волю трудящегося большинства, постановил распустить Саратовскую городскую думу и её исполнительный орган – управу» . Формальной причиной стало обращение думы к населению, вызванное захватом банков. Гласные понимали, что контроль, установленный над банками, приведет к отъему денег, как у юридических, так и у физических лиц.
25 ноября в здание управы пришли руководители исполкома в сопровождении красногвардейцев и распустили городскую думу. Ночью того же дня в квартирах многих гласных были проведены обыски и аресты . На обращение прокурора саратовского окружного суда к начальнику тюрьмы освободить гласных, арестованных без постановления уполномоченных на то лиц, последовал ответ, что они должны оставаться в тюрьме впредь до особого распоряжения от Исполнительного Комитета .
В исполкоме к тому времени возникает дискуссия, кто и как должен производить аресты. Власть признает наличие недоразумений, потому, что приходилось действовать скоро, следуя моменту. Кандидатов на арест выбирали «на основании указания людей, пользующихся безусловным доверием» . При этом аресты большей частью совершались без предъявления обвинения, и заключенные совершенно не знали, за что их держат в тюрьме .
1 декабря в знак протеста против незаконного роспуска Городской Думы служащие во всех правительственных и общественных учреждениях объявили однодневную забастовку. В городе были произведены обыски во всех бастующих учреждениях, отряды красногвардейцев пытались арестовать организаторов забастовки . Аресты продолжались два дня . Исполком выпустил воззвание к бастующим служащим, в котором звучали угрозы, что по отношению к ним будут действовать беспощадно, лишать пенсии и т.д .
А так же увольнять тех служащих, которых он найдет необходимым уволить в интересах дела . Задачу большевиков в тот период сформулировал В.П. Антонов в своих воспоминаниях: «нужно было выбить из привычных ячеек чиновников и, перетасовав их, взяв в иных соотношениях, построить, увы! — пока из них же, другой, приспособленный к нашим интересам аппарат. … нужно разбить государственную машину на случай поражения, чтобы победители не смогли сразу воспользоваться готовым аппаратом» .
Среди бастовавших служащих особую озабоченность у большевиков вызывала почтово-телеграфные служащие, поскольку под угрозой оказался единственный вид связи – телефон и телеграф. Выяснилось, что перед началом забастовки работники телеграфа разрушили телеграфную связь. В ответ, вечером первого декабря в цен¬тральную почтово-телеграфную контору был введен вооруженный отряд. Посланные комиссары имели широкие полномочия — с правом ареста и привода под конвоем нужных служащих .
К забастовке центральной почты и телеграфа присоединились все городские отделения. Соответственно, 4 ноября были арестованы и заключены в губернскую тюрьму 12 почтово-телеграфных служащих по обвинению в забастовке и отказе признать власть Совета .
Уже 13 декабря было начато формирование нового штата служащих. Были произведены аресты бастующих руководящих работников за отказ выдать ключи и приступить к работе .
На этом противостояние с властью не закончилось. Союз почтово-телеграфных служащих по саратовскому округу, предъявил местному исполнительному комитету совета рабочих и солдатских депутатов ультиматум с требованием прекращения репрессий в отношении почтово-телеграфных служащих. В противном случае, союз принужден будет объявить в ближайшие дни забастовку по всему Саратовскому округу, в который, входил целый ряд губерний .
Ответ власти был жестким: «Всем чиновникам и служащим Управления Саратовского почтово-телеграфного округа предлагается явиться и вступить немедленно, и не позднее 23 декабря с.г., к выполнению всех служебных обязанностей. Не желающие служить, обязаны явиться в Управление и сдать казенное имущество, дела и книги от складов, шкафов и столов заведующему Управлением округа. Не исполнение сего распоряжения повлечет к принятию суровых мер» . И чуть позже: «Все забастовавшие почтово-телеграфные служащие, уволены от службы 1-го декабря. За получением документов имеют явиться в Управление почтово-телеграфного округа» .
В то же время: «все желающие занять посты в Почтово-Телеграфных учреждениях г. Саратова, приглашаются для этой цели к комиссару почт и телеграфа г. Саратова» .
Через две недели вновь: «Всем бастующим чиновникам предложено или вступить на работу или сдать все дела. За последнее время прекратили забастовку на почте около 300 человек . И лишь через 50 дней после начала забастовки власть смогла констатировать, что она ликвидирована. Обратно было не принято 69 человек, признанных явными врагами советской власти .
Для обеспечения жизнедеятельности губернии было важно подчинить так же и железную дорогу. Губисполком, как и при захвате банков, 2 января направил в управление Рязано-Уральской железной дороги вооруженный отряд красногвардейцев. Часть руководителей Управления дороги, как сообщили в газетах «в целях демократизации», были арестованы и заключены в Губернскую тюрьму . Работников пригласили на собрание в зал консерватории, куда явились представители большевиков . Дорога была объявлена национальной собственностью, а её управление было обещано реорганизовать на началах коллегиальности . В знак протеста 960 сотрудников управления из числа полутора тысяч высказались за забастовку. 5 января на службу в управление железной дороги из 599 высказавшихся против забастовки явились всего около 100 человек; остальные заявили, что, хотя они и против забастовки, но подчиняются решению большинства . Тем не менее, 17 января большинство служащих приступило к работе, подчиняясь комиссару, присланному от большевиков .
Вслед за роспуском городской думы встал вопрос о закрытии независимых газет. Члены исполкома понимали, что это создаст им много врагов. Но решили, что от свободы буржуазной печати вреда будет больше, со ссылкой на настроение рабочих и солдат .
И 29 ноября впредь до особого распоряжения были закрыты: «Саратовской Вестник», «Саратовский Листок» и «Саратовская Почта» . Очевидцы замечают, что на следующий день московские газеты продавались по 2 рубля за экземпляр .
Газеты социалистических партий, ставших оппозиционными, были закрыты месяц спустя, причем постановления сопровождались визитами красногвардейцев в редакции и типографии газет . К новому 1918 году оппозиция уже не имела доступа к печати.
Поскольку 80 процентов населения губернии проживало на селе, в числе первых действий губернского совета был призыв к захвату земель крестьянами. К организованному захвату, и распоряжению захваченной землей вместе с Советами .
Декрет о земле был практически слово в слово списан из программы эсеров, которые среди крестьян имели, безусловно, большую популярность, чем большевики. Эсеры, сразу после переворота старались обратить внимание крестьян о несоответствии лозунга отмены частной собственности, с обещанием отдать землю крестьянам .
В губернии существовал совет крестьянских депутатов с эсеровским большинством, избравший исполнительный комитет на своем съезде в сентябре, на котором присутствовало 680 депутатов от большинства волостей губернии. Съезд назначил кандидатов в Учредительное собрание от партии эсеров, которые собрали более двух третей голосов крестьянства губернии.
22-24 ноября эсерами был созван новый губернский съезд. Исполнительный комитет совета крестьянских депутатов, на котором обратился к совету солдатских и рабочих депутатов с письмом, предлагая назначить время и место для переговоров. Но большевики ответили молчанием - делить власть на селе они не собирались . Ими был выбран другой путь - создание «своих» альтернативных советов.
Исполком губернского совета рабочих и солдатских депутатов (большевистский) проводит свой губернский крестьянский съезд уже через неделю, 30 ноября. Делегаты были созваны с помощью 300 представителей солдат местного гарнизона , которых снабдили бесплатными земскими лошадьми и выдали по 200 руб. командировочных. Агитаторы смогли привести около 200 делегатов от 70-80 волостей, главным образом Саратовского, Аткарского и Балашовского уездов, от остальных уездов приехали представители одной-двух волостей. Этот бутафорский съезд, тем не менее, был посчитан легитимным .
Съезд выбрал новый Исполнительный комитет, который совместно с Советом солдатских и рабочих депутатов стал управлять губернией . С этого момента губернский совет стал именоваться как совет рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, в котором была выделена крестьянская секция.
На следующий день в типографию эсеровских «Известий Совета Крестьянских депутатов» явился наряд солдат, и газета была закрыта. А 4 декабря в помещении исполнительного комитета совета крестьянских депутатов (эсеровских) появились вооруженные люди с приказом «всем членам бывшего Губернского исполнительного комитета совета крестьянских депутатов немедленно явиться в помещение Консерватории для сдачи и отчета перед вновь избранным Исполнительным Комитетом». Влияние эсеров на крестьян стало вне закона.
Если в эсеровских советах опора была на авторитетных и успешных крестьян, то большевистский совет сразу же декларировал опору на деревенскую бедноту. Впереди предстояло изъятие хлеба по фиксированным, убыточным в условиях инфляции, ценам. В.П. Антонов уже тогда сформулировал цель создания новых советов на селе: «опираясь на голодающих, которые обнаружат хлеб у кулаков, мы достанем хлеб, чтобы разделить его с этими голодающими» .
С первых дней советской власти на селе начался передел земель и разгром имущества зажиточных хозяев. Прокурору Саратовского окружного суда поступали жалобы, которые ярко рисуют картину раздора между крестьянами отрубщиками и сельскими обществами. Крестьяне после объявления «декретов» о взятии на «учет» частновладельческих земель, производили просто грабежи. Корреспонденты описывают последствия «учета имений». «Дом его стоит без окон, вынуты и унесены полы, печи разломаны, трубы сняты, железо с крыш поднято, тес сорван и унесен, оставшаяся обстановка и имущество расхищены, колодец и погреб завалены, оставшиеся надворные постройки разобраны до основания и унесены … озимые вытоптаны дочерна скотом по приказу сельского комитета. Бежавшие из поселка отрубщики остались буквально нищими, без крова, одежды и хлеба» .
1 ноября волостной комиссар села Старого Чирчима совместно с милицией в числе 3 человек и «граждан» того же села в числе 55 человек отобрали у крестьянина Скорлупкина весь хлеб, скот, все корма, дрова, лес, сеялки, бороны, тележки, и все другие хозяйственные вещи. Часть имущества увезли на подводах, а часть растащили. Взята была даже одежда и белье. Все это было поделено между участниками погрома .
В Аткарском уезде крестьяне во главе с местным сельским старостой, без всякого извещения крестьянина д. Щербиновка А.С. Попова приступили к «учету» принадлежащего ему имения. «Учет» этот выразился в том, что были разогнаны и частью арестованы служащие имения, отобраны у приказчиков ключи от всех амбаров и помещений. Лошади же, рогатый скот, инвентарь и др. вещи предназначены к продаже .
Остановить это на селе было некому. Очевидно, новой власти было выгодно, чтобы крестьяне не без выгоды для себя почувствовали наступление нового времени. В.П. Антонов пишет в своих воспоминаниях: «Мужики после расправы возвращались довольные, глубоко убежденные, что «ежели помещик одолеет, как в пятом году, то все одно - ничего не получит». Массовому разгрому подверглись дома земских начальников, камеры судей, избы урядников и прочей полицейской охраны» .
Позднее, часть разграбленных крестьян пыталась обратиться к новой власти с просьбой о привлечении обидчиков к законной ответственности. Власть попала в двусмысленное положение, поскольку их опорой на селе и были бедняки, осуществлявшие эти грабежи. Приведем резолюцию нового правосудия на одном из таких дел: «означенное деяние произошло в революционный период и его следует рассматривать как происшедшее на почве земельных отношений. Дело производством прекратить».
Ежедневно, день и ночь, шли повальные обыски. Оцеплялись целые кварталы, и у перепуганных граждан отбирали не только все более или менее ценное, но и случайный куль картошки или пуд муки . Искали «излишки» продуктов и товаров, размер и номенклатура которых постоянно менялись . Целью обысков было равномерное распределение продуктов по всему населению.
Предлагалось производить обыски при дневном свете, с 8 часов утра до 5 часов вечера . Зачастую ордера давались с формулировкой «командируется во все места города для проведения обысков и реквизиции найденного» . Основаниями для обысков зачастую служили слухи . Были и целевые облавы – например, на спекулянтов, продававших калоши, поскольку все получаемые в Саратове калоши распределялись централизовано .
В декабре дефицит хлеба стал ощущаться все сильней. Жители вставали в очередь в 5 утра, чтобы в 7.30 получить булку хлеба . Сокращать паёк в канун нового года большевики не хотели. Решили приняты меры для производства повальных обысков, которые начали с 31 декабря . Муки разрешили оставляться по 5 пудов на человека, а остальную реквизировать по твердым ценам. Свыше тысячи солдат гарнизона, вся красная гвардия и почти все члены Совета приняли в этом обследовании участие. Результаты оказались неплохими, но не настолько, чтобы прокормить город в течение хотя бы месячного промежутка. В предновогодний вечер саратовцы получили памятный подарок от новой власти – визиты людей в шинелях, которые шмонали их кладовки.
После этого ничего уже не оставалось делать, как снаряжать вооруженные экспедиции в деревню за хлебом . Многочисленные ходоки от бедноты советовали именно этот путь изъятия хлеба у кулаков. Причем, они обещали помощь со стороны бедняков деревни, если тем перепадет известная толика из обнаруженных у кулаков запасов .
Отряды солдат поехали в село в поисках запасов зерна . Где-то бедноте самой удавалось «при помощи более решительных мер» отобрать хлеб у кулаков . А где-то обращались в губисполком за помощью .
Толпы «мешочников» поехали в заготовительные губернии для покупки хлеба по «договорным» ценам. Крестьяне производящих губерний, естественно, предпочитали продавать хлеб таким покупателям, чем сдавать его продовольственным органам по твердой цене. Тем более, что при тогдашнем политическом положении вольная продажа хлеба фактически была не наказуема .
По всей стране, почувствовавшей свободу от закона, пронеслись винные погромы с участием солдат. Повальное пьянство распространилось и по всей Саратовской губернии, а на этой почве участились грабежи. Петровский гарнизон разгромил склад, где находилось 87 тыс. ведер спирта и 17 тыс. ведер вина, и начал распределять алкоголь между солдатами и продавать его населению.
Посланный губернским исполкомом из Саратова отряд для наведения порядка перепился. Власть в городе фактически принадлежала городской думе. Думцы искали большевиков, часть которых уехала, другая работала подпольно . 24 ноября в Петровске и его окрестностях на 40 верст было введено военное положение. Туда был отправлен ещё один отряд с проверенным командиром коммунистом, которому удалось навести в городе порядок .
Хранение спирта стало проблемой , что заставило власть в некоторых случаях выливать спирт в Волгу .
До октябрьских событий правительство приняло решение поднять цену на сахар в четыре раза и, соответственно, акциз на него. Городская управа уплатила акциз за поставленный на ноябрь сахарный песок и начала продажу по новой цене. Среди жителей начались протесты . Новой власти в начале своей экономической деятельности это было невыгодно, и с 16 ноября «в интересах трудящихся масс» цена на сахар была возвращена к до октябрьской . В результате продовольственная управа понесла убыток в 70 тыс. руб. Очевидно, это было первым действием большевиков, в котором политические соображения доминировали над экономической целесообразностью.
Перед рождеством, когда по старой традиции выдавалось жалование государственным служащим в саратовских банках дефицит наличных денег достиг критического уровня. Банки опустели, денежные знаки были исчерпаны, новые вклады не поступали. В местной кассе Государственного банка на 20 декабря оставалось наличности 65 000 рублей. А новые вклады не поступали из-за потери доверия к банкам .
Комиссару финансов в столицу отправляется депеша о том, что «имеется острая необходимость подкрепления в размере 30-40 миллионов. Подкрепление должно быть выслано с экстренным поездом, иначе грозит кризис и забастовка железнодорожников, которым немедленно нужно платить до семи миллионов рублей» .
В столицу с чемоданчиком поехал член исполкома Агеев, который привез 1,3 млн. рублей из просимых 10 млн. 8,7 млн. центр выслал почтовым вагоном. Однако, поскольку почта бастовала, баул с этими деньгами был переправлен в Тамбов, где почтовые отделения работали . Деньги с небольшим опозданием нашлись, но на голову почтовых служащих посыпались проклятия .
Было постановлено, что впредь все суммы предприятий, как приходные, так и расходные, должны проходить через контроль рабочей руки .
«А между тем денег на руках у публики масса. Театры по-прежнему делают бешеные сборы – какие бы цены ни назначались. Даже у мальчиков масса денег. Процветает и карточная игра, причём деньги бросают как сор...» . По городу расклеивались листовки: «Принимая во внимание, что спекуляция, мародёрство, хищничество, азартные денежные игры достигли нетерпимых размеров, Исполнительный комитет постановил, что лица, виновные в этих преступлениях, будут немедленно арестовываться и препровождаться в тюрьму впредь до предания Военно-Революционному суду» .
Понимая, что у населения на руках есть значительные средства, исполком вызвал к себе видных представителей промышленного класса, которым предложил подготовить совещание биржевого комитета по вопросу о быстрейшей и удобнейшей реализации единовременного прогрессивного налога с валового дохода .
22 декабря состоялось экстренное общее собрание биржевиков в зале консерватории, для обсуждения предложения саратовского исполнительного комитета совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов об уплате налога, устанавливаемого с имущих лиц . Собрание постановило: дать требуемую сумму, но при условии: газеты должны быть открыты, городская дума – восстановлена в своих правах, арестованные – освобождены, контроль с банков – снят . Кроме того, расходование собранных сумм по их требованию должно было подлежать публичной отчетности .
В связи с фактическим отказом дать исполкому денег исполком решил арестовать крупных капиталистов. В первых числах января по ночам шли аресты промышленников и купцов, большинство из которых, однако, успело скрыться .
Рабочий контроль отныне принимал решения обязательные для владельцев предприятий. Коммерческая тайна отменялась, владельцы стали обязаны предъявлять рабочему контролю все книги и отчеты за текущий год, а также и за прошлые отчетные годы . Благодаря участию в финансах предприятий, среди сторонников большевиков уже на этом этапе революции начинают выявляться корыстные и нечистоплотные деятели, занимавшие должности на различных уровнях власти .
В декабре был открыт новый комиссариат – жилищный, который начал руководить учетом и распределением квартир между всеми нуждающимися гражданами города . С 1 января 1918 года были отменены права частной собственности на все домовладения, расположенные в пределах города Саратова. Когда вводился декрет об отмене частной собственности на городские домовладения, возникли споры о том, с какой стоимости отчуждать дома. Оказалось, что под отчуждение попали дома бедноты. Постановили повысить нижнюю стоимость отчуждаемых домов .
За бывшими собственником домов оставляется право пользования занимаемыми ими в их домах квартирами. При этом они стали обязаны уплачивать за занимаемую ими квартиру наемную плату, если ее размер был больше установленных норм. Нанимателям всякого рода помещений воспрещается с 1 января 1918 года вносить плату домовладельцам. Теперь платить нужно было большевикам .
Сторонники Учредительного собрания решили провести 17 декабря на Театральной площади демонстрацию . Исполнительный комитет в ответ решил назначить в тот же день вооруженную демонстрацию солдат и рабочих. «Пускай знают враги народа, что власть Совета сильна и едина, и пусть они увидят стройные ряды солдат и рабочих» .
Следующая демонстрация сторонников учредительного собрания была назначена на 31 декабря в 12 час. дня, на Театральной площади. Листовки были выпущены меньшевиками . На площади собрались представители различных политических и профессиональных организаций и просто публика. Красные знамёна. С балкона театра – речи. Вскоре к манифестантам двинулась толпа солдат и прочего люда, человек около ста, с криком, гиком, с очевидной целью сорвать манифестацию. Демонстранты во избежание эксцессов двинулись по Московской в сторону почтамта, подойдя к которому, манифестанты увидели стоявших поперёк улицы вооружённых солдат. Подпустив манифестантов шагов на сто, они дали залп. Потом ещё и ещё... .
Число жертв расстрела мирной демонстрации точно неизвестно. Девять гробов с жертвами событий 31 декабря были похоронены публично. Но некоторых ранее похоронили родные .
Во вновь избранном совете, в который уже вошли меньшевики был поднят вопрос о поиске и наказании убийц демонстрантов. Была создана следственная комиссия, которая призвала всех товарищей и граждан, могущих по этому делу дать какие-либо показания, явиться по указанному адресу . Как и многие комиссии, созданные позднее большевиками для поисков истины, эта комиссия так и не смогла установить виновников трагедии.
Надежды, что в стране могут пройти демократические преобразования таяли с каждым днем. 20-го декабря были проведены выборы губернский совет. Меньшевики приняли решение участвовать в этих выборах с целью вхождения своей фракции и использования советской трибуны , эсеры так же включились в борьбу за места в совете .
Но на первом заседании совета 4 созыва было прямо высказано нежелание большевиков видеть рядом с собой политических конкурентов. «Партиям контрреволюционного заговора не должно быть места ни в нашем президиуме, ни в Исполнительном Комитете, ни, в Совете Рабочих, Солдатских и Крестьянских депутатов» .
9 января в саратовских газетах было сообщено об открытии Учредительного Собрания . Подробности обещали написать завтра, и 10-го в городе узнали подробности: матрос Железняк распустил депутатов, не желавших признать власть советов. Большевики ясно указали, что делить власть ни с кем не намерены.
Таким образом, победы большевиков первых месяцев после октябрьских событий основывались исключительно на насилии. Появление лидеров восстания в сопровождении вооруженных отрядов в том или ином учреждении приводило к замене руководства и подчинении сотрудников угрозами материальных потерь. Население и оппозиция надеялись, что учредительное собрание остановит ущемления демократических ценностей новой властью. Поэтому протесты носили исключительно мирные формы: забастовки и демонстрации.
Но нужно признать, что и у взявшего власть совета положение было крайне не простым. Их политическая платформа побудила население забрать деньги из банков и спрятать их в «кубышки». Платить налоги самозванцам никто не спешил. Соответственно, средств на создание и содержание советских структур почти не было. Забастовки государственных служащих вели к дезорганизации общества. Естественное желание крестьян придержать продукты, при ограничении цен на них вели к дефициту продовольствия. А активизация всех уголовных элементов, неизбежная при ослаблении власти, привносила ощущение хаоса. Население плохо понимало, кто лишает его имущества власть или преступники. Завоевать симпатии населения можно было только решительными действиями. Не взирая ни на что. Нужно было ущемить богатых и за этот счет улучшить положение бедных. Задача не легкая, но, как мы увидим посильная.

версия для печати

 
Использование материалов сайта,
только с разрешения правообладателя © Old-Saratov.ru
Яндекс.Метрика
Rambler's Top100